Считаю необходимым обратить Ваше внимание на следующие вопросы.

Первое. Колчак является наиболее серьезным противником, ибо у него достаточно
пространства для отступления, достаточно людского материала для армии, богатый
хлебом тыл. По сравнению с Колчаком генерал Родзянко представляет муху, ибо у
него нет ни хлеба в тылу, ни пространства для отступления, ни достаточного
людского материала. Мобилизация двадцати возрастов, которую он вынужден теперь
проводить в своих двух-трех уездах ввиду недостатка людского материала, призвана
превратиться в его могилу, так как крестьяне не выдержат такую мобилизацию и они
неминуемо отвернутся от Родзянко. Поэтому ни в коем случае не следует брать с
Востфронта такое количество войск для Петроградского фронта, которое могло бы
вынудить нас приостановить наступление на Востфронте. Для того, чтобы прижать
Родзянко к эстляндской границе (дальше нам незачем идти), достаточно одной
дивизии, взятие которой не сопряжено с приостановкой наступления на Востфронте.
Прошу обратить на это особое внимание.

Второе. В районе Кронштадта открыт крупный заговор. Замешаны начальники батарей
всех фортов всего укрепленного кронштадтского района. Цель заговора – взять в
свои руки крепость, подчинить флот, открыть огонь в тыл нашим войскам и
прочистить Родзянко путь в Питер. У нас имеются в руках соответствующие
документы.

Теперь для меня ясно то нахальство, с которым шел Родзянко на Питер сравнительно
небольшими силами. Понятна также наглость финнов. Понятны повальные перебежки
наших строевых офицеров. Понятно также то странное явление, что в момент измены
Красной Горки английские суда исчезли куда-то: англичане, очевидно, не считали
“удобным” прямо вмешаться в дело (интервенция!), предпочитая явиться потом,
после перехода крепости и флота в руки белых, с целью “помочь русскому народу”
наладить новый “демократический строй”.

Очевидно, что вся затея Родзянко и Юденича (у которого сходятся все нити
заговора, финансируемого Англией через итальянско-швейцарско-датское посольства)
базировалась на удачном исходе заговора, надеюсь, задушенного нами в зародыше
(все замешанные арестованы, следствие продолжается).

Моя просьба: не делать никаких послаблений арестованным чинам посольств, держать
их при строгом режиме до момента окончания следствия, открывающего новые богатые
нити.

Подробнее расскажу через дня три-четыре, когда я думаю приехать в Москву на
день, если Вы не возражаете.

Шлю карту. До сих пор не мог прислать просто потому, что все время был в отлучке
по делам фронта, чаще всего на фронте.

Сталин

18 июня 1919 г.,

3 часа утра

Впервые напечатано
в газете “Правда” № 53,

23 февраля 1941 г.