Вторую Думу разогнали[32]. И разогнали ее не просто, а с шумом – точь-в-точь как
первую Думу. Тут есть и “разгонный манифест” с “искренним сожалением”
царя-фарисея по поводу разгона. Есть и “новый избирательный закон”, сводящий на
ничто избирательные права рабочих и крестьян. Есть даже обещания “обновить”
Россию при помощи, конечно, расстрелов и третьей Думы. Словом, тут есть все то,
что еще так недавно имело место при разгоне первой Думы. Царь вкратце повторил
разгон первой Думы...

А разогнал царь вторую Думу не зря и отнюдь не без цели. При помощи Думы он
хотел связаться с крестьянством, сделать его из союзника пролетариата союзником
правительства ну таким образом, оставив пролетариат одиноким, изолировав его,
расстроить дело революции, сделать невозможной ее победу. Для этого
правительство прибегло к помощи либеральной буржуазии, пользующейся пока еще
некоторым влиянием среди темной массы крестьян, и вот через нее-то оно хотело
связаться с многомиллионным крестьянством. Так хотело оно использовать вторую
Государственную думу.

Но вышло обратное. На первых же заседаниях второй Думы обнаружилось недоверие
крестьянских депутатов не только к правительству, но и к депутатам либеральных
буржуа. Недоверие это росло по поводу целого ряда голосований и, наконец, дошло
до того, что перешло в открытую вражду к депутатам либеральной буржуазии. Таким
образом, правительству не удалось сплотить крестьянских депутатов вокруг
либералов, а через них – вокруг старой власти. Желание правительства – связаться
через Думу с крестьянством и изолировать пролетариат – не осуществилось.
Наоборот: крестьянские депутаты все более и более сплачивались вокруг
пролетарских депутатов, вокруг социал-демократов, И чем больше они отдалялись от
либералов, от кадетов, тем решительнее сближались с социал-демократическими
депутатами. А это значительно облегчало дело сплачивания крестьян вокруг
пролетариата вне Думы. Получилось, стало быть, не изолирование пролетариата, а
изолирование либеральной буржуазии и правительства от крестьян, – пролетариат
закреплял за собой многомиллионное крестьянство – расстраивалось) стало быть, не
дело революции) как этого хотело правительство)– а дело контрреволюции. Ввиду
этого существование второй Думы делалось для правительства все более и более
опасным. И оно “распустило” Думу.

А чтобы успешнее расстроить дело сближения крестьян с пролетариатом, чтобы
посеять в темных массах крестьян вражду к социал-демократам и сплотить их вокруг
себя, правительство прибегло к двум мерам.

Во-первых, оно напало на думскую фракцию социал-демократов, возвело на ее членов
ложное обвинение в призыве к немедленному восстанию и вывело их, таким образом,
главными виновниками разгона Думы. Дескать, мы бы не разогнали, милые крестьяне,
вашу “Думушку”, но социал-демократы грозили нам восстанием, и мы оказались
вынужденными “распустить” ее.

Во-вторых, правительство издало “новый закон”, по которому наполовину сократило
количество крестьянских выборщиков, настолько же увеличило количество помещичьих
выборщиков, предоставило последним выбирать на общих собраниях депутатов от
крестьян, сократило количество выборщиков от рабочих тоже почти наполовину
(вместо 237 выборщиков – 124), оставило за собой право перераспределения
избирателей “по местностям, по роду владеемых цензов и по национальностям”,
уничтожило всякую возможность свободы избирательной агитации и т. д. и т. д. И
все это для того, чтобы: не пустить в третью Думу революционных представителей
рабочих и крестьян, заполнить ее либеральными и реакционными представителями
помещиков и фабрикантов; исказить представительство крестьян, создав возможность
проведения, вопреки желанию самих крестьян, наиболее консервативных депутатов от
крестьян и, таким образом, отнять у пролетариата возможность открытого
сплачивания вокруг себя широких масс крестьянства, – стало быть, создать себе
возможность открытого сближения с крестьянством.

Таков смысл разгона второй Государственной думы.

Либеральная буржуазия, по-видимому, поняла все это и, в лице своих кадетов, идет
навстречу правительству. Еще во второй Думе она вошла в сделку со старой властью
и, заигрывая с крестьянскими депутатами, старалась изолировать пролетариат.
Накануне разгона лидер кадетов, Милюков, призывал свою партию сплачивать все и
вся вокруг “правительства Столыпина”, войти с ним в соглашение и объявить войну
революции, собственно пролетариату. А второй лидер кадетов, Струве, уже после
разгона защищал “идею выдачи” правительству социал-демократических депутатов,
призывал кадетов стать открыто на путь борьбы с революцией, слиться с
контрреволюционными октябристами и, изолировав беспокойный пролетариат, повести
с ним борьбу. Кадетская партия молчит, – стало быть, она согласна со своими
лидерами.

Очевидно, либеральная буржуазия понимает всю важность переживаемого момента.

Тем с большей отчетливостью встает перед пролетариатом задача свержения царской
власти. Подумайте только. Была первая Дума. Была и вторая. Но ни та, ни другая
не “разрешила”– да и не могла “разрешить” – ни одного из вопросов революции.
По-старому остаются: крестьяне без земли, рабочие без восьмичасового рабочего
дня, все граждане без политической свободы, Почему? Да потому, что царская
власть еще не умерла, она еще продолжает существовать, разгоняя за первой Думой
вторую, организует контрреволюцию и старается расстроить силы революции,
оторвать от пролетариев многомиллионное крестьянство. Между тем, подземные силы
революции – кризис в городах и голод в деревнях – продолжают вести свою работу,
все сильнее взбудораживая широкие массы рабочих и крестьян, все настойчивее
требуя разрешения коренных вопросов нашей революции. Потуги царской власти
только обостряют кризис. Старания либеральной буржуазии – оторвать крестьян от
пролетариев – только усиливают революцию. Ясно, что без свержения царской власти
и созыва Всенародного Учредительного Собрания невозможно удовлетворить широкие
массы рабочих и крестьян. Не менее ясно и то, что только в союзе с крестьянством
против царский власти и либеральной буржуазии можно будет разрешить коренные
вопросы революции.

Свержение царской власти и созыв Всенародного Учредительного Собрания – вот куда
ведет нас разгон второй Думы.

Война с изменнической либеральной буржуазией, тесный союз с крестьянством – вот
о чем говорит нам разгон второй Думы.

Задача пролетариата – сознательно стать на этот путь и достойно выполнить роль вождя революции.

Газета “Бакинский Пролетарий” № 1,

Печатается по тексту газеты

Статья без подписи

20 июня 1907 г.