Приехавший недавно из района Юго-Западного фронта товарищ Сталин в беседе с
нашим сотрудником сказал следующее:

1. Май – июнь

Два последних месяца, май и июнь, дают две совершенно различные картины положения на фронте.

Май – это месяц исключительных успехов польских войск. На правом своем фланге
поляки с успехом продвигаются за линию Киев – Жмеринка, угрожая Одессе. На левом
фланге с успехом ликвидируют наступательные действия наших войск в направлении
на Молодечно – Минск. В центре, закрепив за собой Мозырь и заняв Речицу,
польские войска угрожают Гомелю.

Июнь, наоборот, – месяц быстрой и решительной ликвидации майских успехов
польских войск. Продвижение поляков на Украину уже ликвидировано, ибо поляки не
только изгнаны из Киева, но и отброшены за линию Ровно – Проскуров – Могилев.
Продвижение поляков в сторону Гомеля также ликвидировано, ибо польские войска
отброшены за Мозырь. Что катается левого фланга поляков, наиболее устойчивого,
по отзывам польской печати, то нужно сказать, что обозначившийся за последние
дни в этом районе мощный удар наших войск в направлении на Молодечно не
оставляет сомнения в том, что поляки будут обращены вспять и в этом районе.

Июль открывает картину решительного перелома на фронте в пользу России с явным
перевесом на стороне советских войск.

2. Житомирский прорыв

Не подлежит сомнению, что прорыв нашей конницы в районе Житомира сыграл решающую
роль в переломе на фронте.

Многие сравнивают этот прорыв с прорывом и рейдом Мамонтова и находят их
тождественными. Но это неверно. Прорыв Мамонтова имел характер эпизода, не
связанного прямо с наступательными операциями Деникина. Прорыв тов. Буденного,
наоборот, представляет необходимое звено в неразрывной цепи наших наступательных
операций, ставящее себе целью не только разрушение тылов противника, но и прямое
выполнение известной стратегической задачи.

Самый прорыв начался 5 июня, на рассвете. В этот день наши конные части,
свернувшись в кулак и стянув обозы в центре кулака, прорвали расположение
противника в районе Попельня – Казатин, прошли рейдом район Бердичева и 7 июня
заняли Житомир. Ввиду отчаянного сопротивления поляков, нашей коннице пришлось
буквально пробивать себе дорогу, в результате чего поляки оставили на месте
ранеными, убитыми от пуль и зарубленными, по свидетельству Реввоенсовета Конной
армии, не менее восьми тысяч бойцов.

3. Результаты прорыва

До житомирского прорыва поляки, в отличие от Деникина, покрыв важнейшие пункты
фронта рядом окопов и проволочных заграждений, с успехом комбинировали
маневренную войну с войной траншейной. Тем самым они значительно затрудняли наше
продвижение вперед. Житомирский прорыв опрокинул расчеты поляков, доводя
ценность комбинированной войны до минимума.

В этом первый положительный результат прорыва. Далее, прорыв поставил под
непосредственную угрозу тылы, коммуникацию, связь противника. В результате
этого:
а) третья польская армия (район Киева), боясь окружения, начала стремительный
отход, перешедший потом в повальное бегство;
б) вторая польская армия (район Бердичева), испытавшая основной удар Конной
армии, перешла в поспешное отступление;
в) шестая польская армия (район Жмеринки), потерявшая опору на левом фланге,
начала правильный отход на запад;
г) наши армии открыли стремительное наступление по всему фронту.

Таков второй положительный результат житомирского прорыва.

Наконец, прорыв сбил у поляков спесь, подорвал у них веру в свои силы, расшатал
стойкость духа. До прорыва польские части относились к нашим войскам, особенно
же к нашей коннице, с полным пренебрежением, дрались отчаянно, не сдавались в
плен. Только после прорыва начались среди поляков сдача в плен целыми группами и
массовое дезертирство – первый признак разрушения стойкости польских частей.
Тов. Буденный так и пишет Реввоенсовету фронта: “Паны научились уважать нашу
конницу”.

4. Опасность с Юга

Наши успехи на антипольских фронтах несомненны. Несомненно и то, что успехи эти
будут развиваться. Но было бы недостойным бахвальством думать, что с поляками в
основе уже покончено, что нам остается лишь проделать “марш на Варшаву”.

Это бахвальство, подрывающее энергию наших работников и развивающее вредное для
дела самодовольство, неуместно не только потому, что у Польши имеются резервы,
которые она несомненно бросит на фронт, что Польша не одинока, что за Польшей
стоит Антанта, всецело поддерживающая ее против России, но и прежде всего
потому, что в тылу наших войск появился новый союзник Польши – Врангель, который
грозит взорвать с тыла плоды наших побед над поляками.

Не следует утешать себя надеждой о том, что Врангель не споется с поляками.
Врангель уже спелся с ними и действует заодно с ними.

Вот что пишет вдохновительница врангелевцев – выходящая в Севастополе газета
Шульгина “Великая Россия” в одном из июньских номеров:

“Нет сомнения, что мы своим наступлением поддерживаем поляков, ибо оттягиваем на
себя часть большевистских сил, предназначенных для польского фронта. Также
несомненно, что поляки своими операциями существенно поддерживают нас. Не нужно
пи симпатии к полякам, ни антипатии; мы должны руководствоваться лишь холодным
политическим расчетом. Сегодня нам выгоден союз с поляками против общего врага,
а завтра... завтра будет видно”.

Очевидно, врангелевский фронт является продолжением польского фронта, с той,
однако, разницей, что Врангель действует в тылу наших войск, ведущих борьбу с
поляками, т.е. в самом опасном для нас пункте.

Смешно поэтому говорить о “марше на Варшаву” и вообще о прочности наших успехов,
пока врангелевская опасность не ликвидирована. Между тем Врангель усиливается, и
не видно, чтобы мы предпринимали что-либо особенное и серьезное против растущей
опасности с юга.

5. Помните о Врангеле

В результате наших наступательных операций против поляков линия нашего фронта
принимает вид дуги, с вогнутой стороной обращенной на запад, и с концами,
идущими вперед, из коих южный конец лежит в районе Ровно, северный – в районе
Молодечно. Это называется охватывающим положением по отношению к польским
войскам, т.е. положением, наиболее угрожающим для последних.

Несомненно, что это обстоятельство учитывается Антантой, которая всячески
старается вовлечь Румынию в войну с Россией, лихорадочно ищет новых союзников
для Польши, всячески поддерживает Врангеля и вообще старается выручить поляков.
Вполне возможно, что Антанте удастся найти для Польши новых союзников.

Нет оснований сомневаться в том, что Россия найдет в себе силы для отпора и
новым противникам. Но об одном все же нужно помнить: пока Врангель цел, пока
Врангель имеет возможность угрожать нашим тылам, наши фронты будут хромать на
обе ноги, наши успехи на антипольском фронте не могут быть прочными. Только с
ликвидацией Врангеля можно будет считать нашу победу над польскими панами
обеспеченной. Поэтому партия должна начертать на своем знамени новый очередной
лозунг: “Помните о Врангеле!”, “Смерть Врангелю!”.

“Правда” № 151,

11 июля 1920 г.