BOYCOTT THE CONFERENCE!
Надо бойкотировать совещание!
¡Hay que boicotear la conferencia!
The question whether to participate in or to boycott the conference with the oil owners is not a question of principle for us, but one of practical expediency. We cannot lay down a hard and fast rule to boycott every conference, as certain embittered and not quite sane “individuals” propose. Nor can we lay down a hard and fast rule to participate in every conference, as our Cadet-like comrades manage to do. We must approach the question of participation or boycott from the point of view of living facts, and of facts alone. It may turn out that, given certain facts, certain conditions, our task of uniting the masses will make our participation imperative —and in that case we must certainly participate. Given other conditions, however, that same task may render a boycott imperative—and in that case we must certainly boycott the conference. Furthermore, to avoid confusion, we must first of all define the concepts with which we are operating. What does “participating” in a conference mean? What does “boycotting” a conference mean? If, in formulating common demands, electing delegates, etc., etc., at meetings, our aim is not to prevent the conference from being held, but, on the contrary, to go to the conference in order, submitting to and relying on its standing orders, to negotiate with the oil owners and in the end reach an agreement of some kind—we must describe such behaviour on our part as participation in the conference. But if, in drawing up demands, electing delegates to formulate these demands better, and in popularising and publishing the demands that have been formulated, our aim is not to participate in the proceedings of a conference with the oil owners, but to prevent the conference from being held, to frustrate any agreement with the oil owners before a fight (we think an agreement after a fight, especially after a successful fight, is essential)—then we must describe our conduct as boycotting the conference; active boycotting, of course, because it will result in the prevention of the conference.
Under no circumstances must tactics towards a conference be confused with tactics towards the Duma. The object of participating in or boycotting a conference is to prepare the ground for an improvement of the conditions prevailing in the oil fields, whereas the object of going into or boycotting the Duma is to improve general conditions in the country. The fate of a conference is determined wholly and exclusively by the proletariat in the given locality, for, if the proletariat does not participate, the conference automatically falls through, whereas the issue whether to go into or to boycott the Duma is determined not by the proletariat alone, but also by the peasantry. And finally, an active boycott of a conference (its prevention) can be conveniently carried out without active operations, and this is not the case with the results of boycotting the Duma. After these general remarks, we shall proceed to the concrete question of boycotting the forthcoming conference.
The history of the economic struggle waged by the Baku workers may be divided into two periods. The first period is the period of struggle up to recent times, during which the principal roles were played by the mechanics, while the oil workers simply and trustfully followed the mechanics as their leaders and were as yet unconscious of the enormously important part they played in production. The tactics pursued by the oil owners during that period may be described as the tactics of flirting with the mechanics, tactics of systematic concessions to the mechanics, and of equally systematic ignoring of the oil workers.
The second period opens with the awakening of the oil workers, their independent entry on to the scene, and the simultaneous pushing of the mechanics into the background. But this entry bore the character of a burlesque, for 1) it went no further than the shameful demand for bonuses, and 2) it was tinged with the most fatal distrust towards the mechanics. The oil owners are trying to take advantage of the changed situation and are changing their tactics. They are no longer flirting with the mechanics; they are no longer trying to cajole the mechanics, for they know perfectly well that the oil workers will not always follow them now; on the contrary, the oil owners themselves are trying to provoke the mechanics to go on strike without the oil workers, in order, thereby, to demonstrate the relative weakness of the mechanics and make them submissive. Parallel with this, the oil owners, who previously had paid no attention to the oil workers, are now most brazenly flirting with them and treating them to bonuses. In this way they are trying completely to divorce the oil workers from the mechanics, utterly to corrupt them, to infect them with slavish faith in the oil owners, to replace the principle of uncompromising struggle by the “principle” of haggling and obsequious begging, and thus make all real improvement impossible.
It was with these objects in view that the forthcoming conference was “thought up.” Hence it is obvious that the immediate task of the advanced comrades is to launch a desperate struggle to win over the oil workers, a struggle to rally the oil workers around their comrades the mechanics by imbuing their minds with utter distrust of the oil owners, by obliterating from their minds the pernicious prejudices in favour of haggling and begging. We must loudly and sharply tell (not only in words but with facts!) the masses of the oil workers who have come on to the scene for the first time, and in such a clumsy and burlesque fashion at that (“beshkesh,” 51 etc.), that improvements in conditions of life are not granted from above, nor as a result of haggling, but are obtained from below, by means of a general struggle jointly with the mechanics. Only if we have this task in mind can we correctly settle the question of the conference.
And so, we think that participation in the forthcoming conference, a call for co-operation between the oil owners and the workers with the object of drawing up a binding agreement now, before a general struggle, when there is still the partial struggle, when the general struggle still lies ahead, when the oil owners are handing out bonuses right and left, divorcing the oil workers from the mechanics and corrupting their newly awakened consciousness, we think that “to go to the conference” in such a situation means not obliterating but still more strongly ingraining “beshkesh” prejudices in the minds of the masses. It means imbuing the minds of the masses not with distrust of the oil owners, but with trust in them. It means not rallying the oil workers around the mechanics, not drawing them nearer to the mechanics, but abandoning them for a time, throwing them back into the clutches of the capitalists. Of course, “it’s an ill wind that blows nobody any good.” At the present moment a conference may also be of some use in the organisational sense, in the sense of “extending the struggle,” as Comrade Kochegar expresses it. But if the harm caused by the conference undoubtedly exceeds this some use, then the conference must undoubtedly be cast aside like useless lumber. For if Comrade Kochegar is ready “to go to the conference” mainly on the grounds that this conference “organises” and “extends the struggle,” then we simply cannot understand why it would not be right “to go to the conference” also when the tide of the movement is rising, on the eve of a general struggle, at the beginning of a general struggle that is being organised. What is there to be afraid of? At such a time “general organisation” and “extension of the struggle” are especially necessary, are they not? At such a time the masses should least of all fall for concessions from above, should they not? But the whole point is that electing delegates in itself does not mean organising the masses. The whole point is that to organise (in our and not in the Gapon sense of the term, of course) means first of all developing consciousness of the irreconcilable antagonism between the capitalists and the workers. So long as that consciousness exists, all the rest will come of itself.
This is exactly what the forthcoming conference cannot do.
In view of this, the only tactics in keeping with our task under present conditions are the tactics of boycotting the conference. The boycott tactics best of all develop consciousness of the irreconcilable antagonism between the workers and the oil owners.
The boycott tactics, by shattering “beshkesh” prejudices and divorcing the oil workers from the oil owners, rally them around the mechanics. The boycott tactics, by imbuing distrust of the oil owners, best of all emphasise in the eyes of the masses the necessity of fighting as the only means of improving their conditions of life.
That is why we must launch a boycott campaign: organise works meetings, draw up demands, elect delegates for the better formulation of common demands, distribute the demands in printed form, explain them, bring them to the masses again for final endorsement, etc., etc., and we must do all this under the slogan of boycott in order, after popularising the common demands and utilising the “legal possibilities,” to boycott the conference, make a laughing-stock of it, and thereby emphasise the necessity of a struggle for common demands. And so—boycott the conference!
Gudok, No. 4,
Reprinted from the newspaper
September 29, 1907
Signed: Ko. . . .
Вопрос об участии и бойкоте совещания с нефтепромышленниками является для нас
вопросом не принципа, а практической целесообразности. Мы не можем раз навсегда
бойкотировать все и всякие совещания, как это предлагают делать некоторые
озлобленные и не совсем нормальные “индивиды”. И наоборот, мы не можем раз
навсегда решить вопрос в пользу участия в совещании, как это умудряются делать
наши кадетообразные товарищи. К вопросу об участии и бойкоте мы должны подходить
с точки зрения живых фактов и только фактов. Причем может оказаться, что при
известных фактах, при известных условиях наша задача сплочения масс приведет к
необходимости участия, – и мы должны тогда безусловно принять участие. И
наоборот, при других условиях та же самая задача может привести к необходимости
бойкота, – и мы должны тогда безусловно бойкотировать совещание.
Затем, во избежание путаницы мы должны заранее установить понятия, которыми мы
оперируем. Что значит “участвовать” в совещании? Что значит “бойкотировать”
совещание? Если мы, формулируя на собраниях общие требования, выбирая
уполномоченных и т.д. и т.п., не ставим своей целью сорвать совещание, а –
наоборот – идем на совещание с тем, чтобы, подчиняясь регламенту совещания,
опираясь на него, вести переговоры с нефтепромышленниками и придти в конце
концов к тому или иному договору, – то такое наше поведение мы должны назвать
участием в совещании. Но если мы, вырабатывая требования, выбирая уполномоченных
для лучшей формулировки этих требований, популяризируя и публикуя уже
выработанные требования, ставим своей целью не участие в работах совещания с
нефтепромышленниками, а срыв самого совещания, срыв всякого договора с
нефтепромышленниками до борьбы (договор после борьбы, особенно после успешной
борьбы мы считаем необходимым), – то наше такое поведение мы должны назвать
бойкотом совещания, бойкотом, конечно, активным, ибо он оканчивается срывом
совещания.
При этом ни в коем случае не следует смешивать тактику по отношению к Думе с
тактикой по отношению к совещанию. Участие или бойкот совещания имеет целью
подготовку условий для улучшения данных порядков на промыслах, участие же или
бойкот Думы – улучшение общих условий в стране. Судьба совещания целиком
определяется исключительно пролетариатом данной местности, ибо без участия
пролетариата совещание отпадает само собой, судьба же участия или бойкота Думы
определяется не одним пролетариатом, но и крестьянством. Наконец, активный
бойкот совещания (срыв) с удобством осуществляется без активных выступлений,
чего нельзя сказать по отношению к результатам бойкота Думы.
Сделав общие замечания, перейдем к конкретному вопросу о бойкоте предстоящего совещания.
Историю экономической борьбы бакинских рабочих можно разделить на 2 периода.
Первый период – это период борьбы до последнего времени, когда главными
действующими лицами выступали мастеровые, когда промысловые [51] просто и
доверчиво шли за мастеровыми, как за своими вождями, когда промысловые не
сознавали еще своей огромной роли в производстве. Тактика нефтепромышленников в
этот период может быть квалифицирована, как тактика заигрывания с мастеровыми,
тактика систематических уступок мастеровым и систематического же игнорирования
промысловых рабочих.
Второй период открывается пробуждением промысловых, их самостоятельным
выступлением на сцену и одновременным оттеснением на задний план мастеровых.
Причем это выступление носит самый карикатурный характер, ибо оно 1) не уходит
дальше позорных наградных и 2) окрашено самым пагубным недоверием по отношению к
мастеровым. Нефтепромышленники стараются использовать изменившееся положение и
меняют свою тактику. Они уже не заигрывают больше с мастеровыми, они уже не
стараются задабривать мастеровых – ибо хорошо знают, что теперь промысловые не
всегда пойдут за ними – наоборот, нефтепромышленники сами стараются
провоцировать мастеровых на забастовку без промысловых, чтобы тем самым
демонстрировать относительное бессилие мастеровых и сделать их послушными.
Параллельно с этим нефтепромышленники, не обращавшие прежде никакого внимания на
промысловых, теперь самым наглым образом заигрывают с промысловыми, угощая их
наградными, Этим самым они стараются окончательно оторвать промысловых рабочих
от мастеровых, развратить их вконец, заразить холопским доверием по отношению к
нефтепромышленникам, заменить принцип непримиримой борьбы “принципом”
торгашества и лакейского попрошайничества и таким образом сделать невозможным
всякое серьезное улучшение.
В этих же целях “выдумали” предстоящее совещание.
Отсюда очевидно, что ближайшей задачей передовых товарищей является отчаянная
борьба за промысловых рабочих, борьба за сплочение промысловых рабочих вокруг
товарищей мастеровых путем внедрения в их сознание безграничного недоверия по
отношению к нефтепромышленникам, путем вытравления из их голов вредных
предрассудков торгашества и попрошайничества. Промысловой массе, первый раз
выступающей на сцену, выступающей притом так неуклюже и карикатурно
(“бешкеш”note52[52] и т.д.), мы должны сказать громко и резко (фактически
сказать, а не на словах только!), что улучшения в жизни даются не сверху и не
путем торговли, а снизу, путем общей борьбы вместе с мастеровыми,
Только имея в виду эту задачу, мы можем правильно разрешить вопрос о совещании.
И вот, мы думаем, что участие в предстоящем совещании, призыв к совместной
работе нефтепромышленников и рабочих с целью выработки обязательного договора
теперь, до общей борьбы, когда частичная борьба продолжается, когда общая борьба
еще впереди, когда нефтепромышленники направо и налево раздают наградные,
отрывая промысловых от мастеровых и развращая их молодое сознание, мы думаем,
что в такой момент “идти на совещание” – значит не вытравлять, а укреплять в
головах массы “бешкешные” предрассудки. Это значит внедрять в сознание массы не
недоверие к нефтепромышленникам, а доверие к ним. Это значит не сплачивать
промысловых вокруг мастеровых, не сближать их с мастеровыми, а оставлять на
время, отбрасывать их в лапы капиталистов.
Конечно, “нет худа без добра”, совещание в данный момент тоже могло бы принести
некоторую пользу в смысле организации, в смысле “расширения борьбы”, как
выражается тов. Кочегар [53]. Но если вред, приносимый совещанием, безусловно
перевешивает эту самую некоторую пользу, тогда безусловно надо отбросить
совещание, как излишний хлам. Ибо, если тов. Кочегар “идет на совещание”,
главным образом, потому, что совещание “организует” и “расширяет борьбу”, то
прямо непонятно, почему не “идти на совещание” и во время подъема, накануне
общей борьбы, в начале организующейся общей борьбы? Чего бояться? Ведь тогда
особенно необходима “общая организация”, “расширение борьбы”? Ведь тогда всего
менее должна поддаться масса на уступки сверху? Но в том-то и вопрос, что
выбирать уполномоченных – еще не значит организовать массу. В том-то и дело, что
организовать (в нашем смысле, конечно, а не в смысле гапоновском) – это значит,
прежде всего, развивать сознание непримиримой противоположности между
капиталистами и рабочими. Лишь бы было такое сознание, а остальное само собой
приложится.
А предстоящее совещание именно это-то и не может дать.
Ввиду этого единственной тактикой, отвечающей нашей задаче при данных условиях,
может быть лишь тактика бойкота совещания.
Тактика бойкота наилучшим образом развивает сознание непримиримой
противоположности между рабочими и нефтепромышленниками.
Тактика бойкота, расшатывая “бешкешные” предрассудки и отбрасывая промысловых
рабочих от нефтепромышленников, сплачивает их вокруг мастеровых.
Тактика бойкота, вселяя недоверие по отношению к нефтепромышленникам, наилучшим
образом подчерк кивает в глазах массы необходимость борьбы, как единственного
средства для улучшения жизни.
Поэтому мы должны открыть бойкотистскую кампанию: устраивать заводские собрания,
вырабатывать требования, выбирать уполномоченных для лучшей формулировки общих
требований, печатно распространять требования, разъяснять их, еще раз перенести
их в массы для окончательного утверждения и т.д. и т.д., и все это проделать под
лозунгом бойкота, с тем чтобы, сделав популярными общие требования, использовав
“легальные возможности”,– забойкотировать совещание, сделать его посмешищем и,
тем самым, подчеркнуть необходимость борьбы за общие требования. Итак, надо
бойкотировать совещанием.
Газета “Гудок” № 4, 29 сентября 1907 г.
Печатается по тексту газеты
Подпись: Ко...
Participar en la Conferencia con los industriales petroleros o boicotearla no es para nosotros una cuestión de principio, sino de conveniencia práctica. No podemos decidir de una vez para siempre el boicot de toda conferencia, como proponen ciertos “individuos” irritados y no del todo en su sano juicio. Y, por el contrario, no podemos decidir de una vez para siempre la cuestión a favor de participar en las conferencias, como han sabido hacerlo esos camaradas nuestros que tanto se asemejan a los demócratas constitucionalistas. El problema de la participación o del boicot debemos enfocarlo teniendo en cuenta los hechos reales y concretos y sólo desde el punto de vista de estos hechos. Puede ocurrir que, ante determinados hechos, en determinadas condiciones, nuestra tarea de unir a las masas imponga la necesidad de la participación, y entonces debemos participar sin ningún género de dudas. Y, por el contrario, en otras condiciones, esa misma tarea puede imponer la necesidad del boicot, y entonces debemos recurrir a él sin ningún género de dudas. Además, debemos fijar de antemano, para evitar confusiones, los conceptos con que operamos. ¿Qué significa “participar” en la Conferencia? ¿Qué significa “boicotear” la Conferencia? Si nosotros, al formular en las asambleas reivindicaciones generales, al elegir apoderados, etc., etc., no nos proponemos frustrar la Conferencia, sino que, por el contrario, vamos a ella, nos atenemos a su reglamento y nos apoyamos en él para sostener negociaciones con los industriales petroleros y concertar en resumidas cuentas este o el otro contrato, debemos calificar tal conducta de participación en la Conferencia. Pero si nosotros, al elaborar las reivindicaciones, al elegir apoderados para formularlas mejor, al popularizarlas y publicarlas, no nos proponemos participar en los trabajos de la Conferencia con los industriales petroleros, sino frustrarla, frustrar todo contrato con los industriales petroleros antes de la lucha (el contrato después de una lucha, particularmente después de una lucha afortunada, lo consideramos necesario), debemos calificar tal conducta de boicot de la Conferencia, boicot, naturalmente, activo, pues al fin y al cabo frustra la Conferencia. Aquí no hay que confundir en modo alguno la táctica en relación a la Duma con la táctica respecto a la Conferencia. La participación en la Conferencia o el boicot de ésta tiene por finalidad preparar las condiciones para mejorar una situación determinada en las explotaciones petroleras; en cambio, la participación o el boicot de la Duma tiene por finalidad mejorar las condiciones generales en el país. La suerte de la Conferencia la determina por entero y de una manera exclusiva el proletariado de la localidad dada, pues sin su participación la Conferencia es imposible; en cambio, la suerte de la participación o del boicot de la Duma no la determina el proletariado solo, sino que la determinan también los campesinos. Por último, en boicot activo de la Conferencia (el frustrarla) puede efectuarse fácilmente sin acciones enérgicas, lo que no puede decirse en cuanto a los resultados del boicot de la Duma. Hechas estas observaciones generales, pasemos a la cuestión concreta del boicot de la Conferencia en perspectiva. La historia de la lucha económica de los obreros de Bakú puede dividirse en dos períodos. El primero es el período de lucha que llega hasta los últimos tiempos. En él actuaban como protagonistas los obreros de los talleres; y los obreros de los pozos50, sencillamente, les seguían de una manera confiada, viendo en ellos a sus jefes. Entonces los obreros de los pozos aun no tenían conciencia de su enorme papel en la producción. La táctica de los industriales petroleros en este período puede ser calificada de táctica de coqueteo con los obreros de los talleres, de táctica de concesiones sistemáticas a los obreros de los talleres y de desprecio sistemático por las necesidades de los obreros de los pozos. El segundo período empieza con el despertar de los obreros de los pozos, con su salida independiente a la escena; a la vez, los obreros de los talleres son desplazados a segundo plano. Por lo demás, esta salida a escena no puede tener un carácter más caricaturesco, pues 1) no va más allá de las infamantes gratificaciones y 2) está impregnada de la desconfianza más funesta hacia los obreros de los talleres. Los industriales petroleros quieren aprovechar la nueva situación y cambian de táctica. Ya no coquetean con los obreros de los talleres, ya no tratan de ganárselos mediante concesiones, pues saben bien que ahora los obreros de los pozos no siempre irán tras ellos. Hoy, por el contrario, los propios industriales petroleros tratan de provocar a los obreros de los talleres, para que vayan a la huelga sin los obreros de los pozos, a fin de demostrar así la impotencia relativa de los obreros de los talleres y hacerlos dóciles. A la vez, los industriales petroleros, que antes no prestaban ninguna atención a los
¡Hay que boicotear la conferencia!
obreros de los pozos, ahora coquetean con ellos sin ningún recato, obsequiándoles con gratificaciones. Quieren así apartar definitivamente a los obreros de los pozos de los obreros de los talleres, corromperlos hasta la médula, inocularles una confianza servil hacía los industriales petroleros, sustituir el principio de la lucha intransigente por el “principio” del chalaneo y de la pedigüeñería lacayuna, para hacer así imposible toda mejoría seria. Con esos mismos fines “idearon” la Conferencia en perspectiva. Es evidente, por ello, que la tarea inmediata de los camaradas de vanguardia consiste en sostener una lucha encarnizada por conquistar a los obreros de los pozos, por agrupar estrechamente a los obreros de los pozos en torno a sus camaradas de los talleres. Para ello se debe inculcar en la conciencia de los obreros de los pozos una desconfianza absoluta hacia los industriales petroleros y extirpar de sus cabezas los dañinos prejuicios del chalaneo y de la pedigüeñería. A la masa de los obreros de los pozos, que por primera vez sale a la escena y, además, actúa de una manera tan torpe y caricaturesca (el “beshkesh”51, etc.), debemos decirlo bien alto y con toda energía (¡debemos decírselo con hechos, y no sólo con palabras!) que las mejoras en la vida no vienen de arriba ni se obtienen regateando, sino que se arrancan desde abajo, mediante la lucha común al lado de los obreros de los talleres. Sólo teniendo presente esta tarea podremos resolver con acierto la cuestión de la Conferencia. Pues bien, consideramos que participar en la Conferencia en perspectiva y llamar a la colaboración de los industriales petroleros y de los obreros con vistas a confeccionar un contrato obligatorio ahora, cuando la lucha aun no es general cuando la lucha es todavía parcial, cuando la lucha general está aún por venir y los industriales petroleros distribuyen gratificaciones a diestro y siniestro, separan a los obreros de los pozos de los obreros de los talleres y corrompen su conciencia, poco madura, consideramos que “ir a la Conferencia” en tal momento, no extirpará, sino que afianzará en las cabezas de la masa los prejuicios del “beshkesh”. Participar en la Conferencia no sería inculcar en la conciencia de la masa la desconfianza en los industriales petroleros, sino la confianza en ellos; no sería agrupar estrechamente a los obreros de los pozos en torno a los obreros de los talleres, acercarlos a éstos, sino dejarlos abandonados temporalmente, entregarlos a las garras de los capitalistas. Naturalmente, “no hay mal que por bien no venga”; la Conferencia, en el momento presente, podría también reportar cierto provecho en cuanto a la organización, en cuanto a la “ampliación de la lucha”, como dice el camarada Kochegar52. Pero si el daño causado por la Conferencia es, sin duda alguna, superior a este cierto provecho, es indudable que debemos desecharla, como chatarra inútil. Pues si el camarada Kochegar “va a la Conferencia”, sobre todo porque la Conferencia “organiza” y “amplía la lucha”, es absolutamente incomprensible por qué no se puede también “ir a la Conferencia” en los períodos de auge, en vísperas de la lucha general, al comienzo de la lucha general que se esté organizando. ¿Qué es lo que se teme? ¿Acaso no es entonces particularmente necesaria la “organización general”, la “ampliación de la lucha”? ¿Acaso no es entonces cuando menos debe la masa dejarse influenciar por las concesiones hechas desde arriba? Pero el quid de la cuestión está precisamente en que elegir a los apoderados no significa todavía organizar a la masa. El quid de la cuestión está precisamente en que organizar (en nuestro sentido, claro está, y no en el sentido gaponiano*) significa ante todo desarrollar la conciencia del antagonismo inconciliable entre los capitalistas y los obreros. Lo que hace falta es esa conciencia, y lo demás ya vendrá. Pero eso es precisamente lo que la Conferencia en perspectiva no puede dar. En vista de ello, la única táctica que en las condiciones actuales responde a nuestro objetivo es la táctica del boicot de la Conferencia. La táctica del boicot es la que mejor desarrolla la conciencia del antagonismo inconciliable entre los obreros y los industriales del petróleo. La táctica del boicot, al minar los prejuicios del “beshkesh” y apartar de los industriales a los obreros de los pozos, agrupa estrechamente a éstos en torno a los obreros de los talleres. La táctica del boicot, al infundir la desconfianza hacia los industriales petroleros, es la que hace ver con mayor realce a la masa la necesidad de la lucha como único medio para mejorar las condiciones de vida. Por eso, debemos iniciar la campaña del boicot: organizar asambleas en las empresas, elaborar reivindicaciones, elegir apoderados para la mejor formulación de las reivindicaciones comunes, darlas a conocer por medio de publicaciones, explicarlas, presentadas una vez más a las masas para su aprobación definitiva, etc., etc. Todo eso debemos realizarlo bajo la consigna del boicot, para que, después de haber popularizado las reivindicaciones comunes y aprovechado las “posibilidades legales”, podamos frustrar la Conferencia, ridiculizarla y hacer así más patente la necesidad de la lucha por las reivindicaciones comunes. Así, pues, ¡hay que boicotear la Conferencia!
Publicado con la firma de K o... el 29 de
* Gapón: pope, agente de la Ojrana zarista. En 1904 fundó en Petersburgo una organización seudoobrera para impedir el desarrollo del movimiento obrero revolucionario. (F. del T.)
septiembre de 1907 en el núm. 4 del periódico “Gudok”. Se publica de acuerdo con el texto del periódico.