ON THE ROAD TO NATIONALISM ( A Letter From the Caucasus )
На пути к национализму (Письмо с Кавказа)
Hacia el nacionalismo
(A Letter From the Caucasus)
Among the decisions which will perpetuate the glory of the Liquidators’ conference, the decision on “culturalnational autonomy” occupies by no means the last place. Here it is:
“Having heard the communication of the Caucasian delegation to the effect that at the last conference of the Caucasian organisations of the R.S.D.L.P., as well as in the literary organs of these organisations, the Caucasian comrades expressed the opinion that it is necessary to demand national-cultural autonomy, this conference, while expressing no opinion on the merits of this demand, declares that such an interpretation of the clause of the Party programme which recognises the right of every nationality to self-determination does not contradict the precise meaning of the programme, and it expresses the wish that the national question be put on the agenda of the next congress of the R.S.D.L.P.” This resolution is important not only because it expresses the Liquidators’ opportunist shuffling in face of the rising nationalist tide. It is also important because every phrase in it is a gem.
For example, what a pearl is the statement that the conference, “while expressing no opinion on the merits of this demand,” nevertheless “declares” and decides? Things are “decided” in this way only in comic opera! Or the phrase stating that “such an interpretation of the clause of the Party programme which recognises the right of every nationality to self-determination does not contradict the precise meaning of the programme.” Just think! The clause in the programme referred to (Clause 9), speaks of freedom of nationalities, of the right of nationalities to develop freely, of the Party’s duty to combat all violence against them. Speaking generally, the right of nationalities, within the meaning of that clause, must not be restricted, it may be extended to autonomy and federation, as well as to secession. But does this mean that it is a matter of indifference to the Party, that it is all the same to it, how a given nationality decides its destiny, whether in favour of centralism or of secession? Does it mean that on the basis of the abstract right of nationalities alone it is possible “while expressing no opinion on the merits of this demand,” to recommend, even indirectly, autonomy for some, federation for others, and secession for still others? A nationality decides its destiny, but does that mean that the Party must not influence the will of a nationality towards a decision most in accordance with the interests of the proletariat? The Party stands for freedom of conscience, for the right of people to practise any religion they please. Does this mean that the Party will stand for Catholicism in Poland, for the Orthodox Church in Georgia and for the Gregorian Church in Armenia? That it will not combat these forms of world outlook? . . . And is it not self-evident that Clause 9 of the Party programme and cultural-national autonomy are on two entirely different planes that are as capable of “contradicting” each other as, say, Cheops’ pyramid and the notorious Liquidators’ conference? But it is by means of such equilibristics that the conference “decides” the question.
The most important thing in the above-mentioned decision of the Liquidators is the ideological collapse of the Caucasian Liquidators, who betrayed the old banner of internationalism in the Caucasus and succeeded in obtaining this decision from the conference. The Caucasian Liquidators’ turn towards nationalism is no accident. They began to liquidate the traditions of the Party long ago. The deletion of the “social section” from the minimum programme, the repudiation of the “hegemony of the proletariat” (see Diskussionny Listok, No. 2127), the declaration that the illegal Party is an auxiliary organisation of the legal organisations (see Dnevnik, No. 9128)—all these are commonly known facts. Now the turn has come for the national question.
From their very first appearance (in the beginning of the ’nineties) the organisations in the Caucasus bore a strictly international character. A united organisation of Georgian, Russian, Armenian and Moslem workers fighting solidly against the foe—such was the picture of Party life. . . . In 1903, at the first, inaugural congress of the Caucasian (strictly speaking Transcaucasian) Social-Democratic organisations, which laid the foundation for the Caucasian Union, the international principle of building up the organisation was re-affirmed as the only correct principle. From that time onwards Caucasian Social-Democracy grew in the struggle against nationalism. The Georgian Social-Democrats fought “their” nationalists, the National-Democrats and Federalists; the Armenian Social-Democrats fought “their” Dashnaktsakans; the Moslem Social-Democrats fought the Pan-Islamists.129 And in this fight Caucasian Social-Democracy expanded and strengthened its organisations irrespective of groups. . . . The question of cultural-national autonomy came up for the first time in 1906, at the Caucasian Regional Conference. It was introduced by a small group from Kutais, which demanded a decision in its favour. The question “was a resounding failure,” as it was said at the time, because, among other things, it was opposed with equal vigour by both groups, represented respectively by Kostrov and the writer of these lines. It was decided that what was called “regional self-government for the Caucasus” was the best solution for the national question, a solution most in accordance with the interests of the Caucasian proletariat which was united in the struggle. Yes, that is how it was in 1906. And this decision was re-affirmed at subsequent conferences: it was advocated and popularised in the Menshevik and Bolshevik press in the Caucasus, legal and illegal. . . . But 1912 arrived, and it “turned out” that “we” need cultural-national autonomy, of course (of course!) in the interests of the proletariat! What had happened? What had changed? Perhaps the Caucasian proletariat had become less socialistic? But in that case, to erect national organisational and “cultural” barriers between the workers would have been the most unwise thing to do! Perhaps it had become more socialistic? In that case, what can we call these “Socialists,” save the mark, who artificially erect and reinforce barriers which are breaking down, and which nobody needs? . . . What had happened then? What had happened was that peasant Kutais had dragged in its wake the “Social-Democratic Octobrists” of Tiflis. Henceforth, the affairs of the Caucasian Liquidators will be decided by the Kutais peasants who have been intimidated by militant nationalism. The Caucasian Liquidators were unable to stand up against the nationalist tide, they dropped the tried banner of internationalism and . . . they began to drift “on the waves” of nationalism, throwing their last thing of value overboard: “a useless thing, who wants it?” . . . But he who takes the first step must take the next: there is logic in everything. The Georgian, Armenian, Moslem (and Russian?) national-cultural autonomy advocated by the Caucasian Liquidators will be followed by Georgian, Armenian, Moslem and other Liquidationist parties. Instead of a common organisation we shall have separate national organisations, Georgian, Armenian and other “Bunds,” so to speak.
Is this what Messrs. the Caucasian Liquidators are driving at with their “solution” of the national question? Well, we can wish them more courage. Do what you want to do!
At all events, we can assure them that the other section of the Caucasian organisations, the Georgian, Russian, Armenian and Moslem pro-Party Social-Democrats, will resolutely break away from Messrs. the National-Liquidators, from these traitors to the glorious banner of internationalism in the Caucasus.
Sotsial-Demokrat, No. 30,
Reprinted from the newspaper
January 12 (25), 1913
Signed: K. St.
В ряду постановлений, увековечивших славу ликвидаторской конференции,
постановление о “культурно-национальной автономии” занимает не последнее место.
Вот оно:
“Выслушав сообщение кавказской делегации о том, что как на последней конференции
кавказских организаций РСДРП, так и в литературных органах этих организаций
выяснилось мнение кавказских товарищей о необходимости выставить требование
национально-культурной автономии, конференция, не высказываясь по существу этого
требования, констатирует, что такое толкование пункта партийной программы,
признающего за каждой национальностью право на самоопределение, не идет вразрез
с точным смыслом последней, и высказывает пожелание, чтобы национальный вопрос
был включен в порядок дня ближайшего съезда РСДРП”.
Постановление это важно не только потому, что оно выражает оппортунистическое
виляние ликвидаторов перед фактом поднявшейся националистической волны. Оно
важно еще потому, что в нем, что ни фраза– золото.
Чего стоит, например, заявление о том, что конференция, “не высказываясь по
существу этого требования”, тем не менее “констатирует” и решает? Ведь этак
“решают” только в оперетках!
Или фраза о том, что “такое толкование пункта партийной программы, признающего
за каждой национальностью право на самоопределение, не идет вразрез с точным
смыслом последней”. Подумайте только! Упомянутый пункт программы (9-й пункт)
говорит о свободе национальностей, о праве национальностей свободно развиваться,
об обязанности партии бороться против всяких насилий над ними. Говоря вообще,
право национальностей по смыслу этого пункта не должно быть ограничено, оно
может дойти как до автономии и федерации, так и до сепарации. Значит ли это, что
для партии безразлично, одинаково хорошо, как именно решит свою судьбу данная
национальность, в пользу централизма или сепаратизма? Значит ли это, что на
основании одного лишь абстрактного права национальностей, “Ее высказываясь по
существу этого требования”, можно рекомендовать, хотя бы и косвенно, автономию
одним, федерацию другим, сепарацию третьим? Национальность решает свою судьбу,
но значит ли это, что партия не должна повлиять на волю национальности в духе
решения, наиболее соответствующего интересам пролетариата? Партия за свободу
вероисповеданий, за право людей исповедывать любую религию. Можно ли вывести
отсюда, что партия будет стоять за католицизм в Польше, за православие в Грузии,
за грегорианство в Армении, что она не будет бороться с этими формами
мировоззрения?.. И не ясно ли само собой, что 9-й пункт партийной программы и
культурно-национальная автономия – две совершенно различные плоскости, которые в
такой же степени могут “итти вразрез” друг с другом, как, скажем, Хеопсова
пирамида и пресловутая конференция ликвидаторов?
А ведь именно таким эквилибристическим путем и “разрешает” вопрос конференция.
В упомянутом постановлении ликвидаторов самое важное – это идейный развал среди
кавказских ликвидаторов, изменивших старому знамени интернационализма на Кавказе
и добившихся от конференции этого постановления.
Поворот кавказских ликвидаторов в сторону национализма – не случайность.
Ликвидация партийных традиций – давно начата ими. Упразднение “социальной части”
программы-минимум, отмена “гегемонии пролетариата” (см. “Дискуссионный Листок” №
2 [127]), объявление нелегальной партии подсобной организацией при легальных
организациях (см. “Дневник” № 9 [128]) – все это вещи общеизвестные. Теперь
очередь дошла до национального вопроса.
С самого начала своего появления (начало 90-х годов) организации на Кавказе
носили строго интернациональный характер. Единая организация грузинских,
русских, армянских и мусульманских рабочих, ведущих дружную борьбу с врагами –
такова была картина партийной жизни... В 1903 году, на первом учредительном
съезде кавказских (собственно закавказских) с.-д. организаций, положившем начало
Кавказскому союзу, интернациональный принцип постройки организации был снова
провозглашен, как единственно правильный. С тех пор Кавказская социал-демократия
росла в борьбе с национализмом. Грузинские социал-демократы боролись со “своими”
националистами, с национал-демократами и федералистами; армянские
социал-демократы со “своими” дашнакцаканами; мусульманские с панисламистами
[129]. И в борьбе с ними расширяла и укрепляла свои организации Кавказская
социал-демократия независимо от фракций… В 1906 году, на областной конференции
Кавказа, впервые выплыл вопрос о культурно-национальной автономии. Его внесла и
требовала решения в положительном смысле группка кутаисцев. Вопрос был “с
треском провален”, как выражались тогда, между прочим, потому, что против него
одинаково резко выступили обе фракции в лице Кострова и пишущего эти строки.
Было решено, что так называемое “областное самоуправление Кавказа” является
лучшим разрешением национального вопроса, наиболее соответствующим интересам
объединенного в борьбе кавказского пролетариата. Да, так было в 1906 году, И это
решение повторялось на последующих конференциях, защищалось и популяризировалось
как в меньшевистской, так и в большевистской кавказской печати, легальной и
нелегальной…
Но вот наступил 1912 год, и “оказалось”, что “нам” нужна культурно-национальная
автономия, конечно (конечно!), в интересах пролетариата! В чем же дело? Что
изменилось? Может быть кавказский пролетариат стал менее социалистичным? Но
тогда ведь более всего неразумно воздвигать национальные организационные и
“культурные” перегородки между рабочими! Может быть он стал более
социалистичным? Но в таком случае как назвать тех, с позволения сказать,
“социалистов”, которые искусственно воздвигают и укрепляют разрушающиеся и
никому ненужные перегородки?.. Так в чем же дело? Да в том, что крестьянский
Кутаис потащил за собой “социал-демократических октябристов” Тифлиса. Дела
ликвидаторов Кавказа отныне будет вершить напуганный воинствующим национализмом
кутаисский крестьянин. Кавказские ликвидаторы не смогли устоять против
националистической волны, они выронили испытанное знамя интернационализма и...
пошли шататься “по волнам” национализма, выбросив за борт последнее богатство:
“куда оно, какая вещь пустая”...
Но сказавший А должен сказать и Б: все имеет свою логику! За грузинской,
армянской, мусульманской (и русской?) национально-культурной автономией
кавказских ликвидаторов последуют партии грузинских, армянских, мусульманских и
прочих ликвидаторов. Вместо общей организации пойдут отдельные организации по
национальностям, так сказать грузинский, армянский и прочие “Бунды”.
Не к этому ли ведут свое “решение” национального вопроса гг. кавказские ликвидаторы?
Что ж, мы можем пожелать им смелости. Делайте, что хотите делать!
Во всяком случае можем уверить их, что другая часть кавказских организаций,
партийные социал-демократы из грузинских, русских, армянских и мусульманских
решительно порвут с гг. национал-ликвидаторами, с этими изменниками славному
знамени интернационализма на Кавказе.
Газета “Социал-Демократ” № 30,
12 (25) января 1913 г.
Подпись: К. Ст.
Печатается по тексту газеты
(Carta del Cáucaso) Entre los acuerdos que han perpetuado la gloria de la Conferencia de los liquidadores, el relativo a la “autonomía cultural-nacional” ocupa un lugar destacado. Helo aquí: “Habiendo oído la comunicación hecha por la delegación caucasiana acerca de que tanto en la última Conferencia de las organizaciones caucasianas del P.O.S.D.R. como en los órganos de prensa de dichas organizaciones, se ha puesto en claro que en opinión de los camaradas caucasianos es necesario plantear la reivindicación de la autonomía nacional- cultural, la Conferencia, sin pronunciarse acerca del fondo de esta reivindicación, hace constar que tal interpretación del punto del programa del Partido en que se reconoce a cada nacionalidad el derecho de autodeterminación, no va en contra del sentido preciso de dicho programa, y expresa el deseo de que la cuestión nacional sea incluida en el orden del día del próximo Congreso del P.O.S.D.R.” Este acuerdo no sólo tiene importancia por ser la expresión de las maniobras oportunistas de los liquidadores ante la oleada nacionalista que se ha alzado; la tiene, además, porque en su texto cada frase es oro puro. ¿Qué no vale por ejemplo, la declaración de que la Conferencia, “sin pronunciarse acerca del fondo de esta reivindicación”, sin embargo, “hace constar” y resuelve? '¡Así sólo se “resuelve” en las operetas! O la frase de que “tal interpretación del punto del programa del Partido en que se reconoce a cada nacionalidad el derecho de autodeterminación, no va en contra del sentido preciso de dicho programa”. ¡Reflexionad un momento! El referido punto del programa (el punto 9) habla de la libertad de las nacionalidades, del derecho de las nacionalidades a desarrollarse libremente, de la obligación del Partido de combatir toda violencia contra ellas. Hablando en términos generales, el derecho de las nacionalidades, según el sentido de este punto, no debe ser limitado, y puede llegar tanto a la autonomía y la federación como hasta la separación. ¿Quiere esto decir que para el Partido sea indiferente y por igual aceptable que una nacionalidad dada resuelva sus destinos en cualquier forma, en favor del centralismo o del separatismo? ¿Quiere esto decir que solamente sobre la base del derecho abstracto de las nacionalidades, “sin pronunciarse acerca del fondo de esta reivindicación”, cabe recomendar, aunque sea indirectamente, a unas la autonomía, a otras la federación y a otras la separación? La nacionalidad, decide sus destinos, pero ¿quiere decir eso que el Partido no deba influir sobre la voluntad de la nacionalidad en el sentido de que ésta adopte la decisión que mejor corresponda a los intereses del proletariado? El Partido está por la libertad de conciencia, por el derecho de los hombres a profesar cualquier religión. ¿Se puede deducir de aquí, que el Partido deba estar a favor del catolicismo en Polonia, a favor de la religión ortodoxa en Georgia, a favor de la religión gregoriana en Armenia, y que no deba luchar contra estas concepciones del mundo? ... ¿Y no está claro de por sí que el punto 9 del programa del Partido y la autonomía cultural-nacional son dos cosas completamente distintas, que pueden “ir en contra” la una de la otra, en la misma medida, por ejemplo, que la pirámide de Keops y la famosa Conferencia de los liquidadores? Pues bien, precisamente con esos equilibrios en la cuerda floja es como la Conferencia “resuelve” la cuestión. En el referido acuerdo de los liquidadores, lo más importante es la descomposición ideológica existente entre los liquidadores caucasianos, que han traicionado la vieja bandera del internacionalismo en el Cáucaso y han conseguido que la Conferencia tomase dicho acuerdo. El viraje de los liquidadores caucasianos hacia el nacionalismo no es casual. Hace mucho que comenzaron a liquidar las tradiciones del Partido. La supresión de la “parte social” del programa mínimo, la eliminación de la “hegemonía del proletariado” (v. “Diskussionni Listok”, núm. 2127), la proclamación del Partido clandestino organización auxiliar adjunta a las organizaciones legales (v. “Dnievnik”, núm. 9128); todo eso son cosas harto conocidas. Ahora le ha tocado el turno a la cuestión nacional. Desde, el comienzo mismo de su aparición (a principios de la década del 90), las organizaciones del Cáucaso tuvieron un carácter rigurosamente internacionalista. Una organización única de los obreros georgianos, rusos, armenios y musulmanes, que sostenían una lucha común contra los enemigos: tal era el cuadro que ofrecía la vida del Partido... En 1903, en el primer Congreso de las organizaciones socialdemócratas del Cáucaso (propiamente hablando, de la Transcaucasia), Congreso de constitución, que dio comienzo a la Unión del Cáucaso, fue de nuevo proclamado el principio internacionalista en la estructura de la organización, como el único acertado. Desde entonces la
Hacia el nacionalismo
socialdemocracia del Cáucaso se ha desarrollado en lucha contra el nacionalismo. Los socialdemócratas georgianos lucharon contra “sus” nacionalistas, contra los nacional-demócratas y los federalistas; los socialdemócratas armenios contra “sus” dashnaktsakanes; los musulmanes contra los panislamistas129. Y en la lucha contra todos ellos ampliaba y fortalecía sus organizaciones la socialdemocracia del Cáucaso, independientemente de las fracciones... En el año 1906, en la Conferencia regional del Cáucaso, salió a relucir por primera vez la cuestión de la autonomía cultural-nacional. La planteó, exigiendo un acuerdo en sentido positivo, el grupito de delegados de Kutaís. La cuestión fue “rechazada estrepitosamente”, como se decía entonces, porque, entre otras razones, contra ella intervinieron de modo igualmente tajante ambas fracciones, en la persona de Kostrov y del que escribe estas líneas. Se decidió que la llamada “autonomía regional del Cáucaso” era la mejor solución de la cuestión nacional, la que mejor correspondía a los intereses del proletariado caucasiano unido en la lucha. Sí, así era en el año 1906. Y este acuerdo se reiteró en las Conferencias sucesivas, siendo defendido y popularizado tanto en la prensa caucasiana menchevique como en la bolchevique, en la legal y en la clandestina... ¡Pero he aquí que llega el año 1912 y “resulta” que “nosotros” necesitamos la autonomía cultural- nacional, naturalmente (¡naturalmente!) en interés del proletariado ¿Qué pasa? ¿Qué ha cambiado? ¿Tal vez el proletariado caucasiano se ha hecho menos socialista? ¡Pero entonces es tanto más insensato alzar entre los obreros barreras nacionales en el terreno de la organización y en el terreno “cultural”! ¿Tal vez se ha hecho más socialista? Pues, en tal caso, ¿cómo denominar a esos “socialistas”, con perdón sea dicho, que de modo artificial levantan y refuerzan unas barreras que se están viniendo abajo y que maldita la falta que le hacen a nadie?.. Así, pues, ¿qué pasa? Lo que pasa es que el Kutaís campesino ha arrastrado a los “octubristas socialdemócratas” de Tiflis. Los asuntos de los liquidadores del Cáucaso ha de regirlos desde ahora el campesino de Kutaís, asustado por el belicoso nacionalismo. Los liquidadores caucasianos no han podido resistir la oleada nacionalista; han dejado caer por tierra la probada bandera del internacionalismo y... han ido a mecerse “en las olas” del nacionalismo, arrojando por la borda el último tesoro: “¿para qué sirve?; es una bagatela sin valor”... Pero quien ha dicho A, deberá decir también B: ¡todo tiene su lógica! Tras la autonomía nacional- cultural georgiana, armenia, musulmana (¿y rusa?) de los liquidadores caucasianos, vendrán los partidos de los liquidadores georgianos, armenios, musulmanes y otros. En lugar de una organización común, vendrán diferentes organizaciones por nacionalidades, por decido así, el “Bund” georgiano, el armenio y otros. ¿No es a eso a lo que llevan con su “solución” de la cuestión nacional los señores liquidadores caucasianos? Bien, podemos desearles audacia. ¡Que hagan lo que quieren hacer! En todo caso, podemos asegurarles que otra parte de las organizaciones caucasianas, los defensores del Partido entre los socialdemócratas georgianos, rusos, armenios y musulmanes, romperán de manera resuelta con los señores nacional-liquidadores, con estos traidores a la gloriosa bandera del internacionalismo en el Cáucaso.
Publicado con la firma de K. St. el 12 (25) de enero de 1913 en el núm. 30 del periódico “Social- Demokrat”. Se publica de acuerdo con el texto del periódico.