A little while ago a “most commonplace” incident occurred in Tashkent, “the like of which there are many” in Russia nowadays. The Tashkent workers and soldiers, swayed by the revolutionizing logic of events, expressed their lack of confidence in the old Executive Committee of the Soviets, elected a new Revolutionary Committee, dismissed the Kornilov authorities and appointed others in their place, and took the power into their own hands. That was sufficient for the PerekhvatZalikhvats* of the Provisional Government to declare war on the “anarchist” Tashkent Soviet. True, the facts show that the majority of the Soviet are Socialist-Revolutionaries, not Anarchists. But that means nothing to the Provisional Government “pacifiers.” And the Socialist-Revolutionary Hamlets of Delo Naroda, who meekly follow at Kerensky’s heel, proclaimed in their sagacity that the Tashkent Soviet was
* Perekhvat-Zalikhvatsky—a character in History of a Town by the Russian satirist Saltykov-Shchedrin.—Tr.
“counter-revolutionary,” demanded the recall of the Socialist-Revolutionaries from the Soviet in Tashkent, and declared that “revolutionary order” must be established in Turkestan. Even the decrepit Central Executive Committee considered it necessary to have a kick at the poor Tashkenters. . . .
Our Party alone vigorously and unreservedly supported the revolutionary Tashkent Soviet against the counter-revolutionary attacks of the government and its agents.
And what do we find?
Only a few weeks have elapsed since then, “passions have subsided,” and a delegate who arrived yesterday from Tashkent tells us the true story of the Tashkent “incident”—and it turns out that the Tashkenters honestly performed their revolutionary duty, notwithstanding the counter-revolutionary exercises of the agents of the Provisional Government.
The Petrograd Soviet of Workers’ and Soldiers’ Deputies has unanimously passed a resolution of confidence in the Tashkent comrades and, by the vote “of all its groups, the Soviet expresses its full readiness to support the just demands of the Tashkent revolutionary democracy.” Moreover, explaining her vote, Shirokova declared on behalf of the Socialist-Revolutionary Party that it would vote for the Bolshevik resolution. Well, then, what about the recall of the Socialist-Revolutionaries from the Tashkent Soviet? What has become of the “counter-revolutionary character” of that Soviet and its “unseemly conduct”?
All this is now forgotten. . . .
Very good, we welcome the Socialist-Revolutionaries’ “change of heart.” Better late than never. But do the Delo Naroda leaders realize that they mercilessly chastised themselves a fortnight ago when they pusillanimously turned their backs on the
Tashkent Soviet?
Rabochy Put, No. 27,
October 4, 1917
Unsigned
Не так давно в Ташкенте разыгралась “самая обыкновенная” история, “каких много”
теперь в России. Рабочие и солдаты Ташкента, подчиняясь революционизирующей
логике событий, выразили недоверие старому составу Исполнительного комитета
Советов и, избрав новый революционный Комитет, сместили корниловские власти,
поставили новые, взяли в руки власть. Этого было достаточно для
перехват-залихватов Временного правительства, чтобы объявить войну
“анархистскому” Совету Ташкента. Правда, факты говорят, что Совет был в своем
большинстве эсеровский, а не анархистский. Но какое до этого дело “усмирителям”
из Временного правительства.
А эсеровские Гамлеты из “Дела Народа”, бегая петушком вокруг Керенского,
глубокомысленно объявили Ташкентский Совет “контрреволюционным”, потребовали
отзыва эсеров из Совета в Ташкенте и провозгласили необходимость “революционного
порядка” в Туркестане.
Даже престарелый ЦИК счел нужным лягнуть бедных ташкентцев...
Только наша партия до конца и решительно поддерживала Ташкентский революционный
Совет против контрреволюционных покушений правительства и его агентов.
И что же?
Прошло всего несколько недель, “страсти улеглись”, приехавший вчера делегат из
Ташкента раскрыл перед нами правдивую картину ташкентской “истории”, – и
оказалось, что ташкентцы честно исполнили свой революционный долг, несмотря на
контрреволюционные упражнения агентов Временного правительства.
Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов единогласно принимает решение
о доверии ташкентским товарищам и голосами “всех фракций Совет выражает полную
готовность оказать поддержку справедливым требованиям ташкентской революционной
демократии”. При этом высказывающаяся по мотивам голосования Широкова заявляет
от имени партии эсеров, что партия будет голосовать за резолюцию большевиков.
А как быть с отзывом эсеров из Ташкентского Совета? Куда девались
“контрреволюционность” этого Совета, “недостойная выходка” этого Совета?
Все это теперь забыто...
Что же? Мы приветствуем этот “поворот” эсеров: лучше поздно, чем никогда.
Но чувствуют ли лидеры из “Дела Народа”, что две недели назад они безжалостно
высекли себя, трусливо отвернувшись от Ташкентского Совета?
“Рабочий Путь” № 27,
4 октября 1917 г.
Статья без подписи
No hace mucho ocurrió en Tashkent un suceso “corrientísimo”, de los que “tanto abundan” ahora en Rusia. Sometiéndose a la lógica revolucionarizadora de los hechos, los obreros y soldados de Tashkent negaron su confianza al Comité Ejecutivo de los Soviets existente entonces y, después de elegir un nuevo Comité revolucionario, destituyeron a las autoridades kornilovianas, dieron posesión a nuevas autoridades y se hicieron cargo del Poder. Bastó esto para que los Perejvat-Zalijvatski* del Gobierno Provisional declarasen la guerra al Soviet “anarquista” de Tashkent. Cierto, los hechos dicen que, en su mayoría, el Soviet era eserista, y no anarquista. Pero ¿qué les importa eso a los “apaciguadores” que componen el Gobierno Provisional? Y los Hamlet eseristas de “Dielo Naroda”, haciéndole la rosca a Kerenski, declararon con aire doctoral que el Soviet de Tashkent era “contrarrevolucionario”, exigieron que se retirara de él a los eseristas y proclamaron la necesidad de instaurar un “orden revolucionario” en el Turkestán. Hasta el senil Comité Ejecutivo Central estimó necesario dar un par de coces a los pobres obreros y soldados de Tashkent... Sólo nuestro Partido ha apoyado decidida y totalmente al Soviet revolucionario de Tashkent frente a los atentados contrarrevolucionarios del gobierno y de sus agentes. ¿Y qué ha ocurrido? Han pasado unas cuantas semanas. Se han “calmado los ánimos”. Un delegado venido ayer de Tashkent ha expuesto ante nosotros la verdad del “suceso”. Y resulta que los obreros y los soldados de Tashkent han cumplido honradamente su deber revolucionario, a pesar de los ejercicios contrarrevolucionarios de los agentes del Gobierno Provisional. El Soviet de Diputados Obreros y Soldados de Petrogrado adopta por unanimidad una moción de confianza los camaradas de Tashkent y, con el asentimiento “de todas las minorías, el Soviet expresa plena disposición a respaldar las justas reivindicaciones de la democracia revolucionaria de Tashkent”. Shirókova, al explicar su voto, declara en nombre de los eseristas que su partido votará en favor de la resolución bolchevique. ¿Y la exigencia de retirar a los eseristas del Soviet de Tashkent? ¿Dónde ha ido a parar el
* Personaje de la obra del autor satírico ruso M. Saltikov- Schedrín “Historia de una ciudad”. (;. del. T.) “contrarrevolucionarismo” de este Soviet, su “indigno comportamiento”? Todo eso está ahora olvidado... ¿Qué podemos decir? Aplaudimos este “viraje” de los eseristas: más vale tarde que nunca. Pero ¿advierten los líderes de “Dielo Naroda” que hace dos semanas se han flagelado sin compasión ellos mismos al volver la espalda cobardemente al Soviet de Tashkent?
Publicado sin firma el 4 de octubre de 1917 en el núm. 27 de “Raboclti Put”.