THE INTERNATIONAL CHARACTER OF THE OCTOBER REVOLUTION. On the Occasion of the Tenth Anniversary of the October Revolution
Международный характер Октябрьской революции: К десятилетию Октября
Guion para el articulo “El carácter internacional de la Revolución de Octubre”
On the Occasion of the Tenth Anniversary
of the October Revolution
The October Revolution cannot be regarded merely as a revolution “within national bounds.” It is, primarily, a revolution of an international, world order, for it signifies a radical turn in the world history of mankind, a turn from the old, capitalist world to the new, socialist world. Revolutions in the past usually ended by one group of exploiters at the helm of government being replaced by another group of exploiters. The exploiters changed, exploitation remained. Such was the case during the liberation movements of the slaves. Such was the case during the period of the uprisings of the serfs. Such was the case during the period of the well-known “great” revolutions in England, France and Germany. I am not speaking of the Paris Commune, which was the first glorious, heroic, yet unsuccessful attempt on the part of the proletariat to turn history against capitalism. The October Revolution differs from these revolutions in principle. Its aim is not to replace one form of exploitation by another form of exploitation, one group of exploiters by another group of exploiters, but to abolish all exploitation of man by man, to abolish all groups of exploiters, to establish the dictatorship of the proletariat, to establish the power of the most revolutionary class of all the oppressed classes that have ever existed, to organise a new, classless, socialist society. It is precisely for this reason that the victory of the October Revolution signifies a radical change in the history of mankind, a radical change in the historical destiny of world capitalism, a radical change in the liberation movement of the world proletariat, a radical change in the methods of struggle and the forms of organisation, in the manner of life and traditions, in the culture and ideology of the exploited masses throughout the world.
That is the basic reason why the October Revolution is a revolution of an international, world order. That also is the source of the profound sympathy which the oppressed classes in all countries entertain for the October Revolution, which they regard as a pledge of their own emancipation.
A number of fundamental issues could be noted on which the October Revolution influences the development of the revolutionary movement throughout the world.
1. The October Revolution is noteworthy primarily for having breached the front of world imperialism, for having overthrown the imperialist bourgeoisie in one of the biggest capitalist countries and put the socialist proletariat in power.
The class of wage-workers, the class of the persecuted, the class of the oppressed and exploited has for the first time in the history of mankind risen to the position of the ruling class, setting a contagious example to the proletarians of all countries.
This means that the October Revolution has ushered in a new era, the era of proletarian revolutions in the countries of imperialism.
It took the instruments and means of production from the landlords and capitalists and converted them into public property, thus counterposing socialist property to bourgeois property. It thereby exposed the lie of the capitalists that bourgeois property is inviolable, sacred, eternal.
It wrested power from the bourgeoisie, deprived the bourgeoisie of political rights, destroyed the bourgeois state apparatus and transferred power to the Soviets, thus counter-posing the socialist rule of the Soviets, as proletarian democracy, to bourgeois parliamentarism, as capitalist democracy. Lafargue was right when he said, as far back as 1887, that on the morrow of the revolution “all former capitalists will be disfranchised.”60 The October Revolution thereby exposed the lie of the Social-Democrats that at the present time a peaceful transition to socialism is possible through bourgeois parliamentarism.
But the October Revolution did not and could not stop there. Having destroyed the old, bourgeois order, it began to build the new, socialist order. The 10 years of the October Revolution have been 10 years of building the Party, trade unions, Soviets, co-operatives, cultural organisations, transport, industry, the Red Army. The indubitable successes of socialism in the U.S.S.R. on the front of construction have clearly shown that the proletariat can successfully govern the country without the bourgeoisie and against the bourgeoisie, that it can successfully build industry without the bourgeoisie and against the bourgeoisie, that it can successfully direct the whole of the national economy without the bourgeoisie and against the bourgeoisie, that it can successfully build socialism in spite of the capitalist encirclement. Menenius Agrippa, the famous Roman senator of ancient times, was not the only one to uphold the old “theory” that the exploited cannot do without the exploiters any more than the head and other parts of the body can do without the stomach. This “theory” is now the corner-stone of the political “philosophy” of Social-Democracy in general, and of the Social-Democratic policy of coalition with the imperialist bourgeoisie in particular. This “theory,” which has acquired the character of a prejudice, is now one of the most serious obstacles in the path towards the revolutionisation of the proletariat in the capitalist countries. One of the most important results of the October Revolution is that it dealt this false “theory” a mortal blow.
Is there any further need to prove that these and similar results of the October Revolution could not and cannot fail to exert an important influence on the revolutionary movement of the working class in the capitalist countries? Such generally known facts as the progressive growth of communism in the capitalist countries, the growing sympathy of the proletarians of all countries for the working class of the U.S.S.R. and, finally, the many workers’ delegations that come to the Land of Soviets, prove beyond doubt that the seeds sown by the October Revolution are already beginning to bear fruit. 2. The October Revolution has shaken imperialism not only in the centres of its domination, not only in the “metropolises.” It has also struck at the rear of imperialism, its periphery, having undermined the rule of imperialism in the colonial and dependent countries. Having overthrown the landlords and the capitalists, the October Revolution broke the chains of national and colonial oppression and freed from it, without exception, all the oppressed peoples of a vast state. The proletariat cannot emancipate itself unless it emancipates the oppressed peoples. It is a characteristic feature of the October Revolution that it accomplished these national-colonial revolutions in the U.S.S.R. not under the flag of national enmity and conflicts among nations, but under the flag of mutual confidence and fraternal rapprochement of the workers and peasants of the various peoples in the U.S.S.R., not in the name of nationalism, but in the name of internationalism. It is precisely because the national-colonial revolutions took place in our country under the leadership of the proletariat and under the banner of internationalism that pariah peoples, slave peoples, have for the first time in the history of mankind risen to the position of peoples that are really free and really equal, thereby setting a contagious example to the oppressed nations of the whole world.
This means that the October Revolution has ushered in new era, the era of colonial revolutions which are being carried out in the oppressed countries of the world in alliance with the proletariat and under the leadership of the proletariat.
It was formerly the “accepted” idea that the world has been divided from time immemorial into inferior and superior races, into blacks and whites, of whom the former are unfit for civilisation and are doomed to be objects of exploitation, while the latter are the only bearers of civilisation, whose mission it is to exploit the former.
That legend must now be regarded as shattered and discarded. One of the most important results of the October Revolution is that it dealt that legend a mortal blow, by demonstrating in practice that the liberated non-European peoples, drawn into the channel of Soviet development, are not one whit less capable of promoting a really progressive culture and a really progressive civilisation than are the European peoples. It was formerly the “accepted” idea that the only method of liberating the oppressed peoples is the method of bourgeois nationalism, the method of nations drawing apart from one another, the method of disuniting nations, the method of intensifying national enmity among the labouring masses of the various nations. That legend must now be regarded as refuted. One of the most important results of the October Revolution is that it dealt that legend a mortal blow, by demonstrating in practice the possibility and expediency of the proletarian, internationalist method of liberating the oppressed peoples, as the only correct method; by demonstrating in practice the possibility and expediency of a fraternal union of the workers and peasants of the most diverse nations based on the principles of voluntariness and internationalism. The existence of the Union of Soviet Socialist Republics, which is the prototype of the future integration of the working people of all countries into a single world economic system, cannot but serve as direct proof of this.
It need hardly be said that these and similar results of the October Revolution could not and cannot fail to exert an important influence on the revolutionary movement in the colonial and dependent countries. Such facts as the growth of the revolutionary movement of the oppressed peoples in China, Indonesia, India, etc., and the growing sympathy of these peoples for the U.S.S.R., unquestionably bear this out.
The era of tranquil exploitation and oppression of the colonies and dependent countries has passed away. The era of liberating revolutions in the colonies and dependent countries, the era of the awakening of the proletariat in those countries, the era of its hegemony in the revolution, has begun.
3. Having sown the seeds of revolution both in the centres of imperialism and in its rear, having weakened the might of imperialism in the “metropolises” and having shaken its domination in the colonies, the October Revolution has thereby put in jeopardy the very existence of world capitalism as a whole. While the spontaneous development of capitalism in the conditions of imperialism has passed—owing to its unevenness, owing to the inevitability of conflicts and armed collisions, owing, finally, to the unprecedented imperialist slaughter—into the process of the decay and the dying of capitalism, the October Revolution and the resultant dropping out of a vast country from the world system of capitalism could not but accelerate this process, undermining, bit by bit, the very foundations of world imperialism.
More than that. While shaking imperialism, the October Revolution has at the same time created—in the shape of the first proletarian dictatorship—a powerful and open base for the world revolutionary movement, a base such as the latter never possessed before and on which it now can rely for support. It has created a powerful and open centre of the world revolutionary movement, such as the latter never possessed before and around which it can now rally, organising a united revolutionary front of the proletarians and of the oppressed peoples of all countries against imperialism.
This means, firstly, that the October Revolution inflicted a mortal wound on world capitalism from which the latter will never recover. For that very reason capitalism will never recover the “equilibrium” and “stability” that it possessed before October. Capitalism may become partly stabilised, it may rationalise its production, turn over the administration of the country to fascism, temporarily hold down the working class; but it will never recover the “tranquillity,” the “assurance,” the “equilibrium” and the “stability” that it flaunted before; for the crisis of world capitalism has reached the stage of development when the flames of revolution must inevitably break out, now in the centres of imperialism, now in the periphery, reducing to naught the capitalist patch-work and daily bringing nearer the fall of capitalism. Exactly as in the well-known fable, “when it pulled its tail out of the mud, its beak got stuck; when it pulled its beak out, its tail got stuck.”
This means, secondly, that the October Revolution has raised to such a height the strength and importance, the courage and the fighting preparedness of the oppressed classes of the whole world as to compel the ruling classes to reckon with them as a new, important factor. Now the labouring masses of the world can no longer be regarded as a “blind mob,” groping in the dark and devoid of prospects; for the October Revolution has created a beacon which illumines their path and opens up prospects for them. Whereas formerly there was no world-wide open forum from which the aspirations and strivings of the oppressed classes could be expounded and formulated, now such a forum exists in the shape of the first proletarian dictatorship.
There is hardly room for doubt that the destruction of this forum would for a long time cast the gloom of unbridled, black reaction over the social and political life of the “advanced countries.” It cannot be denied that the very existence of a “Bolshevik state” puts a curb upon the dark forces of reaction, thus helping the oppressed classes in their struggle for liberation. It is this that explains the savage hatred which the exploiters of all countries entertain for the Bolsheviks. History repeats itself, though on a new basis. Just as formerly, during the period of the downfall of feudalism, the word “Jacobin” evoked dread and abhorrence among the aristocrats of all countries, so now, in the period of the down fall of capitalism, the word “Bolshevik” evokes dread and abhorrence among the bourgeois in all countries. And conversely, just as formerly Paris was the refuge and school for the revolutionary representatives of the rising bourgeoisie, so now Moscow is the refuge and school for the revolutionary representatives of the rising proletariat. Hatred of the Jacobins did not save feudalism from collapse. Can there be any doubt that hatred of the Bolsheviks will not save capitalism from its inevitable downfall?
The era of the “stability” of capitalism has passed away, carrying away with it the legend of the indestructibility of the bourgeois order. The era of the collapse of capitalism has begun. 4. The October Revolution cannot be regarded merely as a revolution in the sphere of economic and socialpolitical relations. It is at the same time a revolution in the minds, a revolution in the ideology, of the working class. The October Revolution was born and gained strength under the banner of Marxism, under the banner of the idea of the dictatorship of the proletariat, under the banner of Leninism, which is Marxism of the era of imperialism and proletarian revolutions. Hence it marks the victory of Marxism over reformism, the victory of Leninism over Social-Democratism, the victory of the Third International over the Second International. The October Revolution has brought into being an impassable chasm between Marxism and Social-Democratism, between the policy of Leninism and the policy of Social-Democratism. Formerly, before the victory of the dictatorship of the proletariat, Social-Democracy, while refraining from openly repudiating the idea of the dictatorship of the proletariat but doing nothing, absolutely nothing, to bring nearer the realisation of this idea, could flaunt the banner of Marxism, and it is obvious that this behaviour of Social-Democracy created no danger whatever for capitalism. Then, in that period, Social-Democracy was formally identified, or almost completely identified, with Marxism.
Now, after the victory of the dictatorship of the proletariat, when everybody has seen for himself to what Marxism leads and what its victory may signify, Social-Democracy is no longer able to flaunt the banner of Marxism, can no longer coquet with the idea of the dictatorship of the proletariat without creating a certain danger for capitalism. Having long ago broken with the spirit of Marxism, it has found itself compelled to discard also the banner of Marxism; it has openly and unambiguously taken a stand against the offspring of Marxism, against the October Revolution, against the first dictatorship of the proletariat in the world. Now it has had to dissociate itself from Marxism, and has actually done so; for under present conditions one cannot call oneself a Marxist unless one openly and devotedly supports the first proletarian dictatorship in the world, unless one wages a revolutionary struggle against one’s own bourgeoisie, unless one creates the conditions for the victory of the dictatorship of the proletariat in one’s own country.
A chasm has opened between Social-Democracy and Marxism. Henceforth, the only bearer and bulwark of Marxism is Leninism, communism.
But matters did not end there. The October Revolution went further than drawing a demarcation line between Social Democracy and Marxism; it relegated Social-Democracy to the camp of the direct defenders of capitalism against the first proletarian dictatorship in the world. When Messieurs the Adlers and Bauers, the Welses and Levis, the Longuets and Blums abuse the “Soviet regime” and extol parliamentary “democracy,” these gentlemen mean that they are fighting and will continue to fight for the restoration of the capitalist order in the U.S.S.R., for the preservation of capitalist slavery in the “civilised” states.
Present-day Social-Democratism is an ideological support of capitalism. Lenin was a thousand times right when he said that the present-day Social-Democratic politicians are “real agents of the bourgeoisie in the working-class movement, the labour lieutenants of the capitalist class,” that in the “civil war between the proletariat and the bourgeoisie” they would inevitably range themselves “on the side of the ‘Versaillese’ against the ‘Communards.’”61 It is impossible to put an end to capitalism without putting an end to Social-Democratism in the labour movement. That is why the era of dying capitalism is also the era of dying Social-Democratism in the labour movement.
The great significance of the October Revolution consists, among other things, in the fact that it marks the inevitable victory of Leninism over Social-Democratism in the world labour movement. The era of the domination of the Second International and of Social-Democratism in the labour movement has ended.
The era of the domination of Leninism and of the Third International has begun.
Pravda, No. 255,
November 6-7, 1927
Signed: J. Stalin
Октябрьскую революцию нельзя считать только революцией “в национальных рамках”.
Она есть, прежде всего, революция интернационального, мирового порядка, ибо она
означает коренной поворот во всемирной истории человечества от старого,
капиталистического мира к новому, социалистическому миру.
Революции в прошлом оканчивались обычно сменой у кормила правления одной группы
эксплуататоров другой группой эксплуататоров. Эксплуататоры менялись,
эксплуатация оставалась. Так было дело во время освободительных движений рабов.
Так было дело в период восстаний крепостных. Так было дело в период известных
“великих” революций в Англии, во Франции, в Германии. Я не говорю о Парижской
Коммуне, которая была первой, славной, героической, но все же безуспешной
попыткой пролетариата повернуть историю против капитализма.
Октябрьская революция отличается от этих революций принципиально. Она ставит
своей целью не замену одной формы эксплуатации другой формой эксплуатации, одной
группы эксплуататоров другой группой эксплуататоров, а уничтожение всякой
эксплуатации человека человеком, уничтожение всех и всяких эксплуататорских
групп, установление диктатуры пролетариата, установление власти самого
революционного класса из всех существовавших до сих пор угнетенных классов,
организацию нового бесклассового социалистического общества.
Именно поэтому победа Октябрьской революции означает коренной перелом в истории
человечества, коренной перелом в исторических судьбах мирового капитализма,
коренной перелом в освободительном движении мирового пролетариата, коренной
перелом в способах борьбы и формах организации, в быту и традициях, в культуре и
идеологии эксплуатируемых масс всего мира.
В этом основа того, что Октябрьская революция есть революция интернационального, мирового порядка.
В этом же корень той глубокой симпатии, которую питают к Октябрьской революции
угнетенные классы всех стран, видя в ней залог своего освобождения.
Можно было бы отметить ряд основных вопросов, по линии которых проходит
воздействие Октябрьской революции на развитие революционного движения во всем
мире.
1. Октябрьская революция замечательна, прежде всего, тем, что она прорвала фронт
мирового империализма, низложила империалистическую буржуазию в одной из самых
больших капиталистических стран и поставила у власти социалистический
пролетариат.
Класс наемных, класс гонимых, класс угнетенных и эксплуатируемых впервые в
истории человечества поднялся до положения класса господствующего, заражая своим
примером пролетариев всех стран.
Это значит, что Октябрьская революция открыла новую эпоху, эпоху пролетарских
революций в странах империализма.
Она отобрала орудия и средства производства у помещиков и капиталистов и
превратила их в общественную собственность, противопоставив, таким образом,
буржуазной собственности собственность социалистическую. Тем самым она
разоблачила ложь капиталистов о том, что буржуазная собственность является
неприкосновенной, священной, вечной.
Она вырвала власть у буржуазии, лишила буржуазию политических прав, разрушила
буржуазный государственный аппарат и передала власть Советам, противопоставив,
таким образом, буржуазному парламентаризму, как демократии капиталистической,
социалистическую власть Советов, как демократию пролетарскую. Лафарг был прав,
когда он говорил еще в 1887 году, что на другой день после революции “все бывшие
капиталисты будут лишены избирательных прав”[62].
Тем самым Октябрьская революция разоблачила ложь социал-демократов о том, что
возможен теперь мирный переход к социализму, через буржуазный парламентаризм.
Но Октябрьская революция не остановилась и не могла остановиться на этом.
Разрушив старое, буржуазное, она принялась строить новое, социалистическое.
Десять лет Октябрьской революции есть десять лет строительства партии,
профсоюзов, Советов, кооперации, культурных организаций, транспорта,
промышленности. Красной Армии. Несомненные успехи социализма в СССР на фронте
строительства наглядно показали, что пролетариат может с успехом управлять
страной без буржуазии и против буржуазии, что он может с успехом строить
промышленность без буржуазии и против буржуазии, что он может с успехом
руководить всем народным хозяйством без буржуазии и против буржуазии, что он
может с успехом строить социализм, несмотря на капиталистическое окружение.
Старая “теория” о том, что эксплуатируемые не могут обойтись без
эксплуатирующих, так же как голова и прочие части тела не могут обойтись без
желудка, – не есть достояние только лишь известного римского сенатора в древней
истории, Менения Агриппы. Эта “теория” является теперь краеугольным камнем
политической “философии” социал-демократии вообще, социал-демократической
политики коалиции с империалистической буржуазией – в особенности. Эта “теория”,
приобревшая характер предрассудка, представляет теперь одну из самых серьезных
преград на пути к революционизированию пролетариата капиталистических стран.
Одним из важнейших результатов Октябрьской революции является тот факт, что она
нанесла этой лживой “теории” смертельный удар.
Нужно ли еще доказывать, что эти и подобные им результаты Октябрьской революции
не могли и не могут остаться без серьезного влияния на революционное движение
рабочего класса в капиталистических странах?
Такие общеизвестные факты, как поступательный рост коммунизма в
капиталистических странах, нарастание симпатий пролетариев всех стран к рабочему
классу СССР, наконец, наплыв рабочих делегаций в Страну Советов, с
несомненностью говорят о том, что семена, брошенные Октябрьской революцией, уже
начинают приносить плоды.
2. Октябрьская революция расшатала империализм не только в центрах его
господства, не только в “метрополиях”. Она ударила еще по тылам империализма, по
его периферии, подорвав господство империализма в колониальных и зависимых
странах.
Свергнув помещиков и капиталистов. Октябрьская революция разбила цепи
национально-колониального гнета и освободила от него все без исключения
угнетенные народы обширного государства. Пролетариат не может освободить себя,
не освобождая угнетенные народы. Характерной чертой Октябрьской революции
является тот факт, что она провела в СССР эти национально-колониальные революции
не вод флагом национальной вражды и междунациональных столкновений, а под флагом
взаимного доверия и братского сближения рабочих и крестьян народов СССР, не во
имя национализма, а во имя интернационализма.
Именно потому, что национально-колониальные революции произошли у нас под
руководством пролетариата и под знаменем интернационализма, именно поэтому
народы-парии, народы-рабы впервые в истории человечества поднялись до положения
народов, действительно свободных и действительно равных, заражая своим примером
угнетенные народы всего мира.
Это значит, что Октябрьская революция открыла новую эпоху, эпоху колониальных
революций, проводимых в угнетенных странах мира в союзе с пролетариатом, под
руководством пролетариата.
Раньше “принято было” думать, что мир разделен они на низшие и высшие расы, на
черных и белых, коих первые неспособны к цивилизации и обречены быть объектом
эксплуатации, а вторые являются единственными носителями цивилизации,
призванными эксплуатировать первых.
Теперь эту легенду нужно считать разбитой и отброшенной. Одним из важнейших
результатов Октябрьской революции является тот факт, что она нанесла этой
легенде смертельный удар, показав на деле, что освобожденные неевропейские
народы, втянутые в русло советского развития, способны двинуть вперед
действительно передовую культуру и действительно передовую цивилизацию ничуть не
меньше, чем народы европейские.
Раньше “принято было” думать, что единственным методом освобождения угнетенных
народов является метод буржуазного национализма, метод отпадения наций друг от
друга, метод их разъединения, метод усиления национальной вражды между
трудящимися массами различных наций.
Теперь эту легенду нужно считать опровергнутой. Одним из важнейших результатов
Октябрьской революции является тот факт, что она нанесла этой легенде
смертельный удар, показав, на деле возможность и целесообразность пролетарского,
интернационального метода освобождения угнетенных народов, как единственно
правильного метода, показав на деле возможность и целесообразность братского
союза рабочих и крестьян самых различных народов на началах добровольности и
интернационализма. Существование Союза Советских Социалистических Республик,
являющегося прообразом будущего объединения трудящихся всех стран в едином
мировом хозяйстве, не может не служить прямым тому доказательством.
Нечего и говорить, что эти и подобные им результаты Октябрьской революции не
могли и не могут остаться без серьезного влияния на революционное движение в
колониальных и зависимых странах. Такие факты, как рост революционного движения
угнетенных народов в Китае, в Индонезии, в Индии и т.д. и нарастание симпатий
этих народов к СССР, – с несомненностью говорят об этом.
Эра безмятежной эксплуатации и угнетения колоний и зависимых стран прошла.
Наступила эра освободительных революций в колониях и зависимых странах, эра
пробуждения пролетариата этих стран, эра его гегемонии в революции.
3. Бросив семена революции как в центры империализма, так и в его тылы, ослабив
мощь империализме в “метрополиях” и расшатав его господство в колониях, –
Октябрьская революция поставила тем самым под вопрос самое существование
мирового капитализма в целом.
Если стихийное развитие капитализма в условиях империализма переросло, – ввиду
его неравномерно ста, ввиду неизбежности конфликтов и военных столкновений,
ввиду, наконец, небывалой империалистической бойни, – в процесс загнивания и
умирания капитализма, то Октябрьская революция и связанное с ней отпадение
огромной страны от мировой системы капитализма не могли не ускорить этого
процесса, подмывая шаг за шагом самые основы мирового империализма.
Более того. Расшатывая империализм. Октябрьская революция создала вместе с тем в
лице первой пролетарской диктатуры мощную и открытую базу мирового
революционного движения, которой оно никогда не имело раньше и на которую оно
может теперь опереться. Она создала тот мощный и открытый центр мирового
революционного движения, которого оно никогда не имело раньше и вокруг которого
оно может теперь сплачиваться, организуя единый революционный фронт пролетариев
и угнетенных народов всех стран против империализма.
Это значит, прежде всего, что Октябрьская революция нанесла мировому капитализму
смертельную рану, от которой он никогда не оправится больше. Именно поэтому
капитализм никогда больше не вернет себе того “равновесия” и той “устойчивости”,
которыми он обладал до Октября.
Капитализм может частично стабилизоваться, он может рационализировать свое
производство, отдать управление страной фашизму, зажать временно рабочий класс,
но он никогда не вернет себе того “спокойствия” и той “уверенности”, того
“равновесия” и той “устойчивости”, которыми он щеголял раньше, ибо кризис
мирового капитализма дошел до такой степени развития, когда огни революции
неизбежно должны прорываться то в центры империализма, то в периферии, сводя к
нулю капиталистические заплаты и приближая день за днем падение капитализма.
Точь-в-точь как в известной басне: “хвост вытащил – нос увяз, нос вытащил –
хвост увяз”.
Это значит, во-вторых, что Октябрьская революция подняла на известную высоту
силу и удельный вес, мужество и боевую готовность угнетенных классов всего мира,
заставляя господствующие классы считаться с ними как с новым, серьезным
фактором. Теперь уже нельзя рассматривать трудящиеся массы мира как “слепую
толпу”, бродящую в потемках и лишенную перспектив, ибо Октябрьская революция
создала для них маяк, освещающий им дорогу и дающий перспективы. Если не было
раньше всесветного открытого форума, откуда можно было бы демонстрировать и
оформлять чаяния и стремления угнетенных классов, то теперь такой форум имеется
в лице первой пролетарской диктатуры.
Едва ли можно сомневаться, что уничтожение этого форума покрыло бы на долгое
время общественно-политическую жизнь “передовых стран” мраком безудержной черной
реакции. Нельзя отрицать того, что даже простой факт существования
“большевистского государства” накладывает узду на черные силы реакции, облегчая
угнетенным классам борьбу за свое освобождение. Этим, собственно, и объясняется
та животная ненависть, которую питают эксплуататоры всех стран к большевикам.
История повторяется, хотя и на новой основе. Как раньше, в период падения
феодализма, слово “якобинец” вызывало у аристократов всех стран ужас и
омерзение, так и теперь, в период падения капитализма, слово “большевик”
вызывает у буржуазии всех стран ужас и омерзение. И, наоборот, как раньше Париж
являлся убежищем и школой для революционных представителей подымающейся
буржуазии, так и теперь Москва является убежищем и школой для революционных
представителей подымающегося пролетариата. Ненависть к якобинцам не спасла
феодализм от крушения. Можно ли сомневаться, что ненависть к большевикам не
спасет капитализм от его неизбежного падения?
Эра “устойчивости” капитализма прошла, унеся с собой легенду о незыблемости буржуазных порядков.
Наступила эра крушения капитализма.
4. Октябрьскую революцию нельзя считать только революцией в области
экономических и общественно– политических отношений. Она есть вместе с тем
революция в умах, революция в идеологии рабочего класса. Октябрьская революция
родилась и окрепла под флагом марксизма, под флагом идеи диктатуры пролетариата,
под флагом ленинизма, который есть марксизм эпохи империализма и пролетарских
революций. Она знаменует поэтому победу марксизма над реформизмом, победу
ленинизма над социал-демократизмом, победу III Интернационала над II
Интернационалом.
Октябрьская революция провела непроходимую борозду между марксизмом и
социал-демократизмом, между политикой ленинизма и политикой социал-демократизма.
Раньше, до победы диктатуры пролетариата, социал-демократия могла щеголять
флагом марксизма, не отрицая открыто идеи диктатуры пролетариата, но и не делая
ничего, абсолютно ничего для того, чтобы приблизить осуществление этой идеи, при
этом понятно, что такое поведение социал-демократии не создавало никакой угрозы
для капитализма. Тогда, в тот период, социал-демократия формально сливалась, или
почти сливалась, с марксизмом.
Теперь, после победы диктатуры пролетариата, когда все увидали воочию, к чему
ведет марксизм и что может означать его победа, социал-демократия уже не может
щеголять флагом марксизма, не может кокетничать с идеей диктатуры пролетариата,
не создавая известной опасности для капитализма. Давно порвав с духом марксизма,
она оказалась вынужденной порвать и с флагом марксизма, стала открыто и
недвусмысленно против детища марксизма, против Октябрьской революции, против
первой в мире диктатуры пролетариата.
Теперь она должна была отмежеваться, и действительно отмежевалась, от марксизма,
ибо нельзя при нынешних условиях называть себя марксистом, не поддерживая
открыто и беззаветно первую в мире пролетарскую диктатуру, не ведя революционной
борьбы против своей буржуазии, не создавая условий для победы диктатуры
пролетариата в своей собственной стране.
Между социал-демократией и марксизмом легла пропасть. Отныне единственным
носителем и оплотом марксизма является ленинизм, коммунизм.
Но дело этим не ограничилось. Отмежевав социал-демократию от марксизма.
Октябрьская революция пошла дальше, отбросив ее в лагерь прямых защитников
капитализма против первой в мире пролетарской диктатуры. Когда гг. Адлеры и
Бауэры, Вельсы и Леви, Лонгэ и Блюмы поносят “советский режим”, восхваляя
парламентскую “демократию”, то этим они хотят сказать, что они борются и будут
бороться за восстановление капиталистических порядков в СССР, за сохранение
капиталистического рабства в “цивилизованных” государствах.
Нынешний социал-демократизм есть идейная опора капитализма. Ленин был тысячу раз
прав, когда он говорил, что нынешние социал-демократические политики являются
“настоящими агентами буржуазии в рабочем движении, рабочими приказчиками класса
капиталистов”, что в “гражданской войне пролетариата с буржуазией” они неизбежно
станут “на сторону “версальцев” против “коммунаров”[63].
Невозможно покончить с капитализмом, не покончив с социал-демократизмом в
рабочем движении. Поэтому эра умирания капитализма является вместе с тем эрой
умирания социал-демократизма в рабочем движении.
Великое значение Октябрьской революции состоит, между прочим, в том, что она
знаменует собой неизбежную победу ленинизма над социал-демократизмом в мировом
рабочем движении.
Эра господства II Интернационала и социал-демократизма в рабочем движении кончилась.
Наступила эра господства ленинизма и III Интернационала.
“Правда” № 255,
6–7 ноября 1927 г.
Подпись: И. Сталин
La Revolución de Octubre no es sólo una revolución circunscrita “a un marco nacional”. Es, ante todo, una revolución de carácter internacional, de carácter mundial, pues representa un viraje radical en la historia de la humanidad, un viraje de lo viejo a lo nuevo. En el pasado, las revoluciones acababan, generalmente, con la sustitución de un grupo de explotadores por otro grupo de explotadores en el timón del gobierno. Cambiaban los explotadores, pero la explotación continuaba. Así ocurrió en la época de las revoluciones de los esclavos, de las revoluciones de los siervos y de las revoluciones de la burguesía comercial e industrial. La Revolución de Octubre se distingue por principio de estas revoluciones. Se propone como objetivo, no el que una forma de explotación sustituya a otra forma de explotación, que un grupo de explotadores reemplace a otro grupo de explotadores, sino suprimir toda clase de explotación del hombre por el hombre, derrocar todos y cada uno de los grupos de explotadores. Instauración de la dictadura del proletariado como la clase más revolucionaria y más organizada de todas las clases explotadas. Precisamente por eso, el triunfo de la Revolución de Octubre marca un viraje radical en la economía y en la política, en la existencia y en el modo de vida, en las costumbres y en las tradiciones, en la cultura y en toda la fisonomía espiritual de las masas explotadas del mundo entero. A esto se debe que las clases oprimidas de todos los países sientan las más grandes simpatías por la Revolución de Octubre, en la cual ven la garantía de su liberación. Cuatro rasgos fundamentales: 1) Centros del imperialismo (las “metrópolis”). Octubre como viraje de la dominación del capitalismo en los países avanzados hacia el comunismo. Solemos decir con frecuencia que la Revolución de Octubre es la ruptura del frente imperialista mundial. Pero ¿qué significa esto? Significa que marcó el comienzo de la era de las revoluciones proletarias y de la dictadura del proletariado. Antes se tomaba como base la revolución francesa del siglo XVIII, utilizando sus tradiciones e implantando su orden de cosas. Ahora se toma como base la Revolución de Octubre. Antes Francia. Ahora la U.R.S.S. Antes, el “jacobino” era el espanto de toda la burguesía. Ahora, el bolchevique es el espanto de la burguesía. Ha pasado la era de las “simples” revoluciones burguesas, en que el proletariado sólo era fuerza de choque y los explotadores se aprovechaban de los frutos de la revolución. Ha comenzado la era de las revoluciones proletarias en los países capitalistas. 2) La periferia del imperialismo. Octubre ha iniciado la era de las revoluciones liberadoras en las colonias y en los países dependientes. El proletariado no puede liberarse sin liberar a los pueblos oprimidos por el imperialismo. Frente único de las revoluciones proletarias en las metrópolis y de las revoluciones coloniales en los países dependientes. Ha pasado la era en que se podía explotar con toda tranquilidad a las colonias y a los países dependientes. Ha comenzado la era de las revoluciones libertadoras en las colonias, la era del despertar del proletariado de estos países, la era de su hegemonía. 3) Los centros y la periferia juntos. Octubre ha inferido, con ello, una herida de muerte al imperialismo mundial, de la que éste no se repondrá jamás. El imperialismo jamás recobrará el “equilibrio” y la “estabilidad” que tenía antes de Octubre. Ha pasado la era de la “estabilidad” del capitalismo. Ha comenzado la era de la decadencia del capitalismo. 4) Octubre significa el triunfo ideológico del comunismo sobre la ideología socialdemócrata, del marxismo sobre el reformismo. Antes, hasta el triunfo de la dictadura del proletariado en la U.R.S.S., los socialdemócratas y los reformistas podían alardear con la bandera del marxismo, coquetear con Marx y Engels, etc., ya que
esto no era peligroso para la burguesía y la gente no sabía aún a qué podría conducir el triunfo del marxismo. Hoy, después del triunfo de la dictadura del proletariado en la. U.R.S.S., cuando todo el mundo ha comprendido a dónde conduce el marxismo y qué puede significar su triunfo, los socialdemócratas y los reformistas, oliéndose el peligro que encierra para la burguesía alardear de marxismo y coquetear con él, han preferido desentenderse del marxismo. Desde ahora, el único refugio y baluarte del marxismo es el comunismo. Desde ahora, el espíritu del marxismo abandona a la socialdemocracia, del mismo modo que, anteriormente, la socialdemocracia había abandonado al marxismo. Desde los tiempos del triunfo de la Revolución de Octubre, sólo pueden ser marxistas los que apoyen resuelta y abnegadamente la primera dictadura proletaria del mundo. ¿Qué significa apoyar la primera dictadura proletaria del mundo? Significa mantener una posición de lucha abierta con la burguesía propia. Pero como los socialdemócratas no quieren luchar contra su burguesía, sino que prefieren acomodarse a ella, ocupan, naturalmente, una posición de hostilidad a la primera dictadura proletaria conocida en el mundo, abrazan la posición de restaurar el capitalismo en la U.R.S.S. Esto es, precisamente, el ocaso de la socialdemocracia. Octubre inició la era del triunfo del comunismo mundial, que es la era del ocaso de la socialdemocracia y de su paso directo al campo de la burguesía. Octubre es la victoria del marxismo en la ideología. Octubre de 1927.
Se publica por primera vez.