LETTER TO THE MEMBERS OF THE PARTY AFFAIRS STUDY CIRCLE AT THE COMMUNIST ACADEMY
Письмо членам кружка по партстроительству при Комакадемии
Carta a los miembros del círculo de edificación del partido de la academia comunista
Today I received Slepkov’s theses on self-criticism. It appears that they were discussed in your circle. I have been told by members of the circle that these theses were circulated as a document that is intended not to criticise the line of the Central Committee, but to substantiate it. It would be wrong to deny that Party members have the right to criticise the line of the Central Committee. More, I am ready to grant that members of your study circle even have the right to put forward among themselves their own separate theses opposing the C.C.’s position. Slepkov’s theses, however, evidently do not aim at criticising the C.C.’s line, or putting forward anything new in opposition to it, but at explaining and substantiating the position of the C.C. It is this, presumably, that explains why Slepkov’s theses received certain currency in Moscow Party circles.
Nevertheless, or, rather, for that very reason, I consider it my duty to declare that Slepkov’s theses a) do not coincide with the C.C.’s position on the slogan of self-criticism, and that
b) they “correct,” “supplement” and, naturally, worsen it, to the advantage of the bureaucratic elements in our institutions and organisations.
1) Incorrect, in the first place, is the line of Slepkov’s theses. Slepkov’s theses only superficially resemLETTER TO MEMBERS OF PARTY AFFAIRS STUDY CIRCLE
ble theses on the slogan of self-criticism. Actually, they are theses on the dangers of the slogan of self-criticism. There is no denying that every revolutionary slogan harbours certain possibilities of being distorted in practical use. Such possibilities also apply, of course, to the slogan of self-criticism. But to make these possibilities the central issue, the basis of theses on self-criticism, is to turn things upside down, to undermine the revolutionary significance of self-criticism, to assist the bureaucrats who are trying to evade self-criticism owing to the “dangers” connected with it. I have no doubt that it will not be without a feeling of satisfaction that the bureaucratic elements in our Party and Soviet organisations will read Slepkov’s theses.
Has such a line anything in common with the C.C.’s line on self-criticism, with the resolution of the April plenum of the C.C. and C.C.C. on the Shakhty affair, or with the C.C.’s June appeal on the subject of self-criticism?21 I think not.
2) Incorrect, too, is the inner substance of Slepkov’s theses. One of the most serious factors making self-criticism unavoidable, and at the same time one of the most important objects of self-criticism, is the bureaucracy of our organisations.
Can we make any progress if we do not combat the bureaucracy of our Party and Soviet apparatus? No, we cannot!
Can we organise control by the masses, stimulate the initiative and independent activity of the masses, draw the vast masses into the work of socialist construction, if we do not wage a determined struggle against bureaucracy in our organisations?
No, we cannot!
Can we sap, weaken, discredit bureaucracy without giving effect to the slogan of self-criticism? No, we cannot!
Is it possible, in theses dealing with the slogan of self-criticism, to evade discussing bureaucracy as a factor detrimental to our socialist construction and as one of the most important objects of self-criticism? Obviously, we cannot.
How, then, is it to be explained that Slepkov contrived in his theses to say nothing about this burning question? How is it possible, in theses on self-criticism that are intended to substantiate the position of the C.C., to forget the most important task of self-criticism—that of combating bureaucracy? Yet it is a fact that in Slepkov’s theses there is not a single word (literally not a single word!) about the bureaucracy of our organisations, about the bureaucratic elements in these organisations, about the bureaucratic perversions in the work of our Party and Soviet apparatus. Can this more than frivolous attitude towards the highly important question of combating bureaucracy be reconciled with the C.C.’s position on the question of self-criticism, with such Party documents as the resolution of the April plenum of the C.C. and C.C.C. on the Shakhty affair or the C.C.’s June appeal on self-criticism?
I think not.
With communist greetings,
J. Stalin
June 8, 1928
Komsomolskaya Pravda, No. 90,
April 19, 1929
Сегодня получил тезисы Слепкова о самокритике. Эти тезисы обсуждались,
оказывается, в вашем кружке. Мне говорили члены кружка, что тезисы эти были
пущены в ход как документ, имеющий своей целью не критику линии ЦК, а ее
обоснование.
Было бы неправильно отрицать за членами партии право критики линии ЦК. Более
того: я допускаю, что члены вашего кружка имеют право даже противопоставлять в
своем тесном кругу позиции ЦК свои особые тезисы. Очевидно, однако, что тезисы
Слепкова преследуют не цели критики линии ЦК или противопоставления ей чего-либо
нового, а задачу разъяснения и обоснования позиции ЦК. Этим, должно быть, и
объясняется, что тезисы Слепкова получили некоторое распространение в московских
партийных кругах.
Тем не менее, или именно поэтому, я считаю своим долгом заявить, что тезисы Слепкова
а) не совпадают с позицией ЦК по вопросу о лозунге самокритики,
б) они “исправляют”, “дополняют” и, естественно, ухудшают ее в угоду
бюрократическим элементам наших учреждений и организаций.
1) Неправильна, прежде всего, установка тезисов Слепкова. Тезисы Слепкова лишь
внешним образом напоминают тезисы о лозунге самокритики. На самом деле они
являются тезисами об опасностях лозунга самокритики. Нет слов, что всякий
революционный лозунг таит в себе известные возможности его извращения на
практике. Такие возможности применимы, конечно, и к лозунгу самокритики. Но
выставлять эти возможности как центр вопроса, как основу тезисов о самокритикой
– значит перевернуть все вверх дном, подорвать революционное значение
самокритики, помогать бюрократам, старающимся отписаться от самокритики ввиду
связанных с нею “опасностей”. Я не сомневаюсь, что бюрократические элементы
наших партийных и советских организаций прочтут тезисы Слепкова не без чувства
удовлетворения.
Имеет ли такая установка что-либо общее с установкой ЦК в вопросе о самокритике,
с резолюцией апрельского пленума ЦК и ЦКК о шахтинском деле, с июньским
обращением ЦК по вопросу о самокритике[22]?
Я думаю, что не имеет.
2) Неправильны тезисы Слепкова и по своему внутреннему содержанию. Одним из
серьезнейших факторов, делающих неизбежной самокритику, и, вместе с тем, одним
из важнейших объектов самокритики является бюрократизм наших организаций.
Можно ли двигаться вперед, не борясь с бюрократизмом нашего партийного и советского аппарата?
Нельзя!
Можно ли организовать контроль масс, поднять инициативу и самодеятельность масс,
вовлечь миллионные массы в социалистическое строительство, не ведя решительной
борьбы с бюрократизмом ваших организаций?
Нельзя!
Можно ли подорвать, ослабить, развенчать бюрократизм без проведения в жизнь лозунга самокритики?
Нельзя!
Можно ли обойтись в тезисах, посвященных лозунгу самокритики, без освещения
вопроса о бюрократизме как отрицательном факторе нашего социалистического
строительства и как одном из важнейших объектов самокритики?
Ясно, что нельзя.
Чем объяснить в таком случае, что Слепков ухитрился в своих тезисах обойти
молчанием этот животрепещущий вопрос? Как можно в тезисах о самокритике,
ставящих своей целью обоснование позиции ЦК, забыть о важнейшей задаче
самокритики, о борьбе с бюрократизмом? А ведь это факт, что в тезисах Слепкова
нет ни одного слова (буквально ни одного слова!) о бюрократизме наших
организаций, о бюрократических элементах внутри этих организаций, о
бюрократических извращениях в работе нашего партийного и советского аппарата.
Можно ли совместить это более чем легкомысленное отношение к важнейшему вопросу
о борьбе с бюрократизмом с позицией ЦК в вопросе о самокритике, с такими
документами партии, как резолюция апрельского пленума ЦК и ЦКК о шахтинском деле
или июньское обращение ЦК о самокритике?
Я думаю, что нельзя.
С коммунистическим приветом И. Сталин
8 июня 1928 г.
“Комсомольская Правда” № 90,
19 апреля 1929 г.
Hoy he recibido las tesis de Slepkov sobre la autocrítica. Por lo que se ve, esas tesis se han discutido en vuestro círculo. Algunos de sus componentes me han dicho que las tesis fueron lanzadas como un documento que no perseguía el fin de criticar la línea del C.C., sino el de fundamentarla. Sería injusto negar a los militantes del Partido el derecho de criticar la línea del C.C. Es más, yo admito que los miembros de vuestro círculo tengan incluso el derecho de oponer, dentro del mismo, sus propias tesis a la posición del C.C. Es evidente, sin embargo, que las tesis de Slepkov no persiguen el fin de criticar la línea del C.C. o de oponer a ella algo nuevo, sino el objetivo de esclarecer y fundamentar la posición del C.C. A ello, por lo visto, se debe que las tesis de Slepkov hayan adquirido cierta difusión en los medios del Partido de Moscú. No obstante, mejor dicho, precisamente por ello, considero mi deber declarar que las tesis de Slepkov a) no coinciden con la posición del C.C. en la cuestión de la consigna de autocrítica, b) la “enmiendan”, la “complementan” y, naturalmente, la empeoran en beneficio de los elementos burocráticos de nuestras instituciones y organizaciones. 1) Es errónea, ante todo, la orientación de las tesis de Slepkov. Las tesis de Slepkov sólo superficialmente se parecen a unas tesis sobre la consigna de autocrítica. En realidad, son tesis sobre los peligros de la consigna de autocrítica. Huelga decir que toda consigna revolucionaria encierra ciertas posibilidades de ser tergiversada en la práctica. Esas posibilidades pueden existir también, claro está, en el caso de la consigna de autocrítica. Pero presentar estas posibilidades como el nervio de la cuestión, como la base de las tesis sobre la autocrítica, es poner las cosas cabeza abajo, minar la importancia revolucionaria de la autocrítica y ayudar a los burócratas, que tratan de desentenderse de la autocrítica en vista de los “peligros” que implica. No dudo de que los elementos burocráticos de nuestras organizaciones del Partido y de los Soviets leerán con satisfacción las tesis de Slepkov. ¿Tiene esa orientación algo de común con la orientación del C.C. en la cuestión de la autocrítica, con la resolución del Pleno de abril del C.C. y de la C.C.C. sobre el asunto de Shajti y con el llamamiento de junio del C.C. sobre la cuestión de la autocrítica21? Opino que no. 2) Las tesis de Slepkov son también erróneas por su contenido. Uno de los factores más serios, que hacen inevitable la autocrítica, y al mismo tiempo uno de los objetos más importantes de ella, es el burocratismo de nuestras organizaciones. ¿Se puede avanzar sin luchar contra el burocratismo de nuestro aparato del Partido y de los Soviets? ¡No se puede! ¿Se puede organizar el control de las masas, elevar la iniciativa y la actividad de las masas, hacer que masas de millones de ciudadanos participen en la edificación socialista si no se despliega una lucha enérgica contra el burocratismo de nuestras organizaciones? ¡No se puede! ¿Se puede socavar el burocratismo, desacreditarlo, sin aplicar prácticamente la consigna de autocrítica? ¡No se puede! ¿Se puede soslayar, en unas tesis consagradas a la consigna de autocrítica, el esclarecimiento de la cuestión de que el burocratismo es un factor negativo de nuestra edificación socialista y uno de los principales objetos de la autocrítica? Es evidente que no se puede. ¿Cómo explicarse, en tal caso, que Slepkov se las haya ingeniado para silenciar en sus tesis esta palpitante cuestión? ¿Cómo se puede, en unas tesis sobre la autocrítica que se proponen fundamentar la posición del C.C., olvidar la tarea más importante de la autocrítica, la lucha contra el burocratismo? Y es un hecho que las tesis de Slepkov no contienen una sola palabra (¡literalmente, ni una sola palabra!) acerca del burocratismo de nuestras organizaciones, de los elementos burocráticos en el seno de ellas, de las tergiversaciones burocráticas en el trabajo de nuestro aparato del Partido y de los Soviets. ¿Puede ser compatible esa actitud más que ligera hacia la importantísima cuestión de la lucha contra el burocratismo con la posición del C.C. en la cuestión de la autocrítica, con documentos del Partido como la resolución del Pleno de abril del C.C. y de la C.C.C.
Carta a los miembros del círculo de edificación del partido de la academia comunista
sobre el asunto de Shajti o el llamamiento de junio del C.C. sobre la autocrítica? Opino que no puede serlo. Con saludos comunistas, J. Stalin. 8 de junio de 1928.
Publicado el 19 de abril de 1929 en el núm. 90 de “Komsomólskaia Pravda”.