Letter to V.M. Molotov (not earlier than August 6, 1930)
Письмо В.М. Молотову (не ранее 6 августа 1930 года)
Letter to V.M. Molotov (not earlier than August 6, 1930)
Source: Tom 17
Vyacheslav!!
I received your letter of 6/VIII.
1) I am against transferring Mirzoyan to the Profintern, since I have always stood and continue to stand against stripping regions of their people, especially a region like the Urals, which is growing at an accelerated pace and is in need of workers.
2) The results of the fight against the shortage of small change are practically negligible. 280 thousand rubles is a trifle. Evidently, they gave the cashiers a small scare and then relaxed. It is not just a matter of cashiers. It is a matter of Pyatakov, of Bryukhanov, and their circle. Both Pyatakov and Bryukhanov advocated the import of silver. Both Pyatakov and Bryukhanov preached the necessity of importing silver and pushed through a corresponding resolution at the conference of deputy commissars (or the Council of Labor and Defense), which we rejected at the Monday meeting, calling them "tails" of the financial wreckers. Now it is clear even to the blind that the policies of the People's Commissariat of Finance were directed by Yurovsky (and not Bryukhanov), and the "politics" of Gosbank were directed by wrecking elements within the Gosbank apparatus (and not Pyatakov), inspired by the "government" of Kondratyev-Groman. The point, therefore, is: a) to thoroughly purge the apparatus of the People's Commissariat of Finance and Gosbank, despite the howling of dubious communists of the Bryukhanov-Pyatakov type; b) to shoot without fail two or three dozen wreckers from these apparatuses, including a dozen cashiers of various kinds; c) to continue throughout the entire USSR the OGPU operations to seize small (silver) coinage.
3) I think that the investigation in the Kondratyev-Groman-Sadyrin case must be conducted with full thoroughness, without haste. This case is very important. All documents in this case must be distributed to members of the CC and the CCC. I have no doubt that a direct connection (through Sokolnikov and Teodorovich) between these gentlemen and the Rightists (Bukharin, Rykov, Tomsky) will be uncovered. Kondratyev, Groman, and a couple of other scoundrels must absolutely be shot.
4) The entire group of wreckers in the meat-products sector must absolutely be shot, with a public announcement in the press.
5) Is it true that you have decided to issue small nickel coins right now? If this is true, it is a mistake. This should be postponed.
6) Is it true that shoes have been imported from England (for several million rubles)? If this is true, it is a mistake.
7) It is good that the USA has permitted the import of our timber. Our firmness has yielded results. Hold off on Bogdanov for now.
8) The treaty with Italy is a plus. Germany will follow suit. Incidentally, how is the matter of German credits progressing?
9) Press the grain exports with all your might. That is the crux of the matter now. If we export the grain, the credits will follow.
10) Pay attention to the Stalingrad and Leningrad tractor plants. Things are going badly there.
Well, warm regards.
Stalin.
Source: Letters of I.V. Stalin to V.M. Molotov. 1925-1936. Pp. 193-194.
RGASPI. F. 558. Op. 1. D. 5388.
NOTE
On July 20, 1930, the Politburo considered the question of small change and approved the decision of the conference of deputy commissars, with the exception of the point on the import of silver. On August 20, the Politburo instructed the OGPU to "intensify measures of struggle against speculators and hoarders of small change, including those in Soviet-cooperative institutions." At the same time, the Politburo rejected the proposal of the Politburo commission under Rudzutak's leadership to issue nickel coins.
In 1930, the USA imposed restrictive barriers against Soviet exports: matches, timber, anthracite, manganese ore, and asbestos. On July 25, 1930, the US Assistant Secretary of the Treasury announced an embargo on the import of timber from the USSR. On July 28, two Soviet ships were refused permission to unload. Following protests from the Soviet side and a number of interested American companies, the US Treasury Department lifted the embargo. However, the boycott of Soviet goods in the USA and other countries continued. The Soviet government was accused of employing forced labor and selling goods on international markets at below-cost prices.
Том 17
Письмо В.М. Молотову (не ранее 6 августа 1930 года)
Вячеслав!!
Письмо от 6/VIII получил.
1) Я против передачи Мирзояна в Профинтерн, так как стоял все время и продолжаю стоять против того, чтобы разоряли области, особенно такую область, как Урал, который растет ускоренным темпом и нуждается в работниках.
2) Результаты борьбы с голодом разменной монеты почти что ничтожны. 280 тысяч рублей — чепуха. Видимо, покусали немного кассиров и успокоились. Дело не только в кассирах. Дело в Пятакове, в Брюханове и их окружении. И Пятаков, и Брюханов стояли за ввоз серебра. И Пятаков, и Брюханов проповедовали необходимость ввоза серебра и провели соответствующее решение в совещании замов (или СТО), которое мы
отвергли на понедельничьем собрании
, обругав их “хвостиками” финансовых вредителей. Теперь ясно даже для слепых, что мероприятиями НКФ руководил Юровский (а не Брюханов), а “политикой” Госбанка — вредительские элементы из аппарата Госбанка (а не Пятаков), вдохновляемые “правительством” Кондратьева — Громана. Дело, стало быть, в том, чтобы: а) основательно прочистить аппарат НКФ и Госбанка, несмотря на вопли сомнительных коммунистов типа Брюханова — Пятакова, б) обязательно расстрелять десятка два-три вредителей из этих аппаратов, в том числе десяток кассиров всякого рода, в) продолжать по всему СССР операции ОГПУ по изоляции мелкой монеты (серебряной).
3) Я думаю, что следствие по делу Кондратьева — Громана — Садырина нужно вести со всей основательностью, не торопясь. Это дело очень важное. Все документы по этому делу нужно раздать членам ЦК и ЦКК. Не сомневаюсь, что вскроется
прямая
связь (через Сокольникова и Теодоровича) между этими господами и правыми (Бухарин, Рыков, Томский). Кондратьева, Громана и пару-другую мерзавцев нужно обязательно расстрелять.
4) Нужно обязательно расстрелять всю группу вредителей по мясопродукту, опубликовав об этом в печати.
5) Верно ли, что вы решили
теперь же
выпустить мелкую никелевую монету? Если это верно, это ошибка. Нужно подождать с этим делом.
6) Верно ли, что ввезли из Англии ботинки (на несколько миллионов рублей)? Если это верно, это ошибка.
7) Хорошо, что САСШ разрешили ввоз нашего леса. Наша выдержка дала свои результаты. С Богдановым пока подождите.
8) Договор с Италией — плюс. За ней потянется Германия. Кстати, как дело с германскими кредитами?
9) Форсируйте вывоз хлеба вовсю. В этом теперь гвоздь. Если хлеб вывезем, кредиты будут.
10)
Обратите внимание на Сталинградский и Питерский тракторные заводы.
Там дело плохо.
Ну, жму руку.
Сталин
.
Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925–1936 гг. С. 193–194.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 5388.
ПРИМЕЧАНИЕ
20 июля 1930 года ПБ рассмотрело вопрос о разменной монете и утвердило решение совещания замов за исключением пункта об импорте серебра. 20 августа ПБ поручило ОГПУ “усилить меры борьбы со спекулянтами и укрывателями разменной монеты, в том числе и в советско-кооперативных учреждениях”. Тогда же ПБ отклонило предложение комиссии Политбюро под руководством Рудзутака о выпуске никелевых денег.
В 1930 году в США были введены ограничительные барьеры против советского экспорта: спичек, лесоматериалов, антрацита, марганцевой руды, асбеста. 25 июля 1930 года помощник министра финансов США объявил о наложении эмбарго на импорт лесоматериалов из СССР. 28 июля было отказано в допуске к разгрузке двух советских судов. После протестов советской стороны и ряда заинтересованных американских компаний министерство финансов США отменило эмбарго. Однако бойкот советских товаров в США и других странах продолжался. Советское правительство обвиняли в применении принудительного труда и продаже товаров на международных рынках по ценам ниже себестоимости.