Telegram to L.M. Kaganovich, V.M. Molotov, July 1, 1932
Телеграмма Л.М. Кагановичу, В.М. Молотову 1 июля 1932 года
Telegram to L.M. Kaganovich, V.M. Molotov, July 1, 1932
Source: Tom 17
Kaganovich, Molotov.
First. I have read the latest conversation with Lancaster. Lancaster's schemes are unacceptable. We can agree to the partial satisfaction of the claims of a private bank only on condition that we receive a large loan. This is our fundamental premise. Without such a combination, an agreement is out of the question. Therefore we must stand firmly on the basis of our scheme proposed to Lancaster on June 27. In the last resort, we can agree to increase our orders in America to 30 percent of the loan, and in the event of recognition of the USSR, to 35 percent.
Second. The center of the decisions at the conference of secretaries must be the organization of grain procurement with the mandatory fulfillment of the plan at 100 percent. The main blow must be directed against the Ukrainian demoralizers. Kaganovich should go to the Ukrainian conference as CC secretary and Molotov as Chairman of the Council of People's Commissars.
Third. Instruct the People's Commissariat of Agriculture or Gosplan to issue an official statement or interview to the effect that the harvest prospects are good and the harvest will be better than last year's. This will have an effect on Lancaster.
Stalin.
Source: Stalin i Kaganovich. Perepiska. 1931-1936 gg. [Stalin and Kaganovich. Correspondence. 1931-1936], p. 205.
RGASPI, f. 558, op. 11, d. 77, ll. 129-130.
Том 17
Телеграмма Л.М. Кагановичу, В.М. Молотову 1 июля 1932 года
Кагановичу, Молотову.
Первое. Читал последнюю беседу с Ланкастером. Схемы Ланкастера неприемлемы. Мы можем пойти на частичное удовлетворение претензий частного банка лишь при условии получения большого займа. Это основная наша предпосылка. Без такой комбинации соглашение исключено. Поэтому мы должны стоять твердо на базе нашей схемы, предложенной Ланкастеру 27 июня. Можно, в крайнем случае, пойти на увеличение наших заказов в Америке до 30 процентов от займа, а в случае признания СССР — до 35 процентов.
Второе. Центром решений совещания секретарей должна быть организация хлебозаготовок с обязательным выполнением плана на 100 процентов. Главный удар нужно направить против украинских демобилизаторов. На Украинскую конференцию надо выехать Кагановичу как секретарю ЦК и Молотову как предсовнаркома.
Третье. Поручите наркомзему или Госплану дать официальное сообщение или интервью о том, что виды на урожай у нас хорошие и урожай будет лучше прошлого года. Это возымеет действие на Ланкастера.
Сталин
.
Сталин и Каганович. Переписка. 1931–1936 гг. С. 205.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 77. Л. 129–130.
ПРИМЕЧАНИЕ
В июне 1932 года в Москву прибыл и провел в СССР шесть недель известный американский банкир, директор Нэшнл Сити Бэнк оф Нью-Йорк В. Ланкастер. Его банк был держателем значительной части долговых бумаг царского правительства, по которым отказались платить большевики. В 1932 году, после консультаций в государственном департаменте, у банка, видимо, появились серьезные надежды получить часть денег, увязывая этот вопрос с соглашением о признании Соединенными Штатами СССР. Каганович пишет Сталину 28 июня 1932 года: “Вчера Межлаук имел беседу с Ланкастером… ввиду важности деталей решил Вам послать подробную запись, а Межлауку мы предложили затянуть ответ до 2-3-го числа. Видно по всему, что он (Ланкастер. —
Ред
.) приехал для разведки, хотя и серьезной. Связывает он прямо и откровенно удовлетворение интересов банка с признанием. Мы вопроса не решали, но нам кажется, что его предложения неприемлемы…”.