Telegram to L.M. Kaganovich, K.E. Voroshilov, 15 August 1932
Телеграмма Л.М. Кагановичу, К.Е. Ворошилову 15 августа 1932 года
Telegram to L.M. Kaganovich, K.E. Voroshilov, 15 August 1932
Source: Tom 17
To Kaganovich. Voroshilov.
I disagree with Voroshilov's assessment of the Korneev case. Korneev must be freed immediately and given a suitable position in another military district, for example in Moscow. Korneev had the right to shoot at hooligans who broke into his premises at night. It is ugly and unseemly on the part of the authorities to defend hooligans against an honest and devoted commander. I propose that the following be clarified: first, who ordered Korneev's arrest; second, who proposed his expulsion from the Party; third, what concern the Revolutionary Military Council showed for its commander, who was attacked by thieves and hooligans. I propose that Korneev's Party standing be immediately restored. I insist on my proposals, as I believe it is finally time to shed light on this murky affair. I request that the review of the case be timed to coincide with my arrival.
Stalin
---
Source: Stalin and Kaganovich. Correspondence. 1931-1936, p. 277.
RGASPI. F. 558. Op. 11. D. 79. L. 8, 8 verso, 9 verso.
NOTE: This was in response to a detailed telegram from Voroshilov describing the incident: three seasonal workers, young men aged 15-18, climbed into a garden at 11 PM to steal apples; Korneev came out, found no one, and as the men fled and (according to Korneev) cursed at him, he grabbed one and then opened fire when the man tried to run, killing an 18-year-old and wounding another. Voroshilov had ordered Korneev tried; he was sentenced to 6 years but Voroshilov recommended clemency. Stalin disagreed with the proceedings entirely, defending Korneev's right to shoot at intruders.
Том 17
Телеграмма Л.М. Кагановичу, К.Е. Ворошилову 15 августа 1932 года
Кагановичу. Ворошилову
.
Я не согласен с Ворошиловым в оценке дела Корнеева. Корнеева надо немедля освободить и дать ему подобающую работу в другом округе, например, в Москве. Корнеев имел право стрелять в хулиганов, забравшихся к нему ночью. Нехорошо и некрасиво со стороны органов власти защищать хулиганов против честного и преданного командира. Предлагаю выяснить: первое, кто распорядился об аресте Корнеева, второе, кто предложил исключение из партии, третье, в чем проявилась забота Реввоенсовета о своем командире, подвергшемся нападению со стороны воров и хулиганов. Предлагаю немедля восстановить партположение Корнеева. На своих предложениях настаиваю, так как считаю, что нужно наконец пролить свет на это темное дело. Просьба разбор дела приурочить к моему приезду.
Сталин
.
Сталин и Каганович. Переписка. 1931–1936 гг. С. 277.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 79. Л. 8, 8 об, 9 об.
ПРИМЕЧАНИЕ
15 августа 1932 года Кагановичем послана шифровка: “Тов. Сталину. Корнеева, оказывается, уже судили в Смоленске, приговорили к 6 годам. Ворошилов считает, что можно ЦИКом помиловать без повторного рассмотрения дела. Во всяком случае, Корнеева надо будет освободить сейчас до разбора всего вопроса. Дело об исключении из партии затребовал в ЦК”.
Данное письмо Сталина — ответ на шифровку Ворошилова: “Тов. Сталину. В ответ на твою телеграмму тов. Кагановичу о Корнееве сообщаю. Трое сезонных рабочих — молодых парней (15–18 лет) в одиннадцать часов ночи забрались в сад, где квартировал Корнеев, за яблоками. Услышав шорох, Корнеев отправился в сад и никого не обнаружил. Когда он уже обратно входил в дом, парни бросились убегать из сада и, по словам Корнеева, стали его ругать. Корнеев выскочил за ворота, схватил одного за шиворот и, по словам Корнеева, хотел отвести в милицию. Когда схваченный бросился бежать, Корнеев открыл стрельбу, после чего вернулся в квартиру, полагая, что парни удрали. Наутро под забором в нескольких шагах был обнаружен труп восемнадцатилетнего парня и было установлено ранение еще одного парня — оба сезонники. Об этом было донесено мне, и я, наведя справки по существу происшедшего и принимая во внимание, что случай безобразно дикий, приказал отдать Корнеева под суд. Аронштам в этом деле не принимал участия. 11-го августа Корнеева судили в Смоленске и присудили к 6 годам тюрьмы. Корнеев признал себя виновным и не опротестовал приговор, хотя, с моей точки зрения, приговор излишне суров и несправедлив. Корнеев заявил, что он будет просить помилования, о чем также ходатайствует помкомвойск Лапин. Выводы: первое, Корнеева нужно было предать суду, т. к. кроме всего прочего дело получило широкую огласку. Второе, держать Корнеева в тюрьме нет смысла и поэтому просьбу о помиловании нужно будет удовлетворить и через некоторое время Корнеева освободить. Третье, вопрос о партположении Корнеева обсудить в ЦК после освобождения, в дальнейшем для работы направить Корнеева на Дальний Восток или Туркестан”.