Order of the Day No. 364
Распоряжение Ставки Верховного Главнокомандования 7 мая 1945 года
Order of the Day, No. 364, May 7, 1945
Issued. by Marshal Stalin and addressed to the
Commanded of the troops of the 1st Ukranian Front, Marshal Koniev, and the Chief of Staff of the Front, Army-Gen. Petrov
The Order states that on May 7, troops of the 1st Ukrainian Front, as a result of a long siege, completely captured the city and fortress of Breslavl (Breslau).
The German garrison defending the city, headed by the Commandant of the fortress, Infantry General von Niehof and his staff, ceased resistance, laid down their arms and surrendered.
By 19.00 hours (Moscow time) on May 7, the Soviet troops had taken prisoner in Breslavl more than 40,000 German officers and men.
The Order mentions 59 commanders of troops, tankmen, artillerymen, airmen, sappers and signallers whose units and formations distinguished themselves.
A salute of 12 salvoes was fired from 224 Moscow guns.
("Soviet War News," No. 1153)
Том 18
Распоряжение Ставки Верховного Главнокомандования 7 мая 1945 года
Заместителю Верховного Главнокомандующего
Маршалу Советского Союза Г.К. Жукову.
7 мая 1945 года.
Ставка Верховного Главнокомандования уполномочивает Вас ратифицировать протокол о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил.
Верховный Главнокомандующий
Маршал Советского Союза
И. Сталин
Начальник Генерального штаба Красной Армии
генерал армии
А. Антонов
Календарь «Военно-исторический». 1995. Кострома, 1994. 8 мая. С. 2.
Примечание
Генерал армии С.М. Штеменко вспоминал: «Вскоре нас вызвали в Кремль… В кабинете И.В. Сталина кроме него самого мы застали членов правительства. Верховный Главнокомандующий, как обычно, медленно прохаживался вдоль ковровой дорожки. Весь вид его выражал крайнее неудовольствие. То же мы заметили и на лицах присутствующих. Обсуждалась капитуляция в Реймсе. Верховный Главнокомандующий подводил итоги, размышляя вслух. Он заметил, что союзники организовали одностороннее соглашение с правительством Деница. Такое соглашение больше похоже на нехороший сговор. Кроме генерала И.А. Суслопарова, никто из государственных лиц СССР в Реймсе не присутствовал. Выходит, что перед нашей страной капитуляции не происходит, и это тогда, когда именно мы больше всего потерпели от гитлеровского нашествия и вложили наибольший вклад в дело победы, сломав хребет фашистскому зверю. От такой «капитуляции» можно ожидать плохих последствий…
— Договор, подписанный союзниками в Реймсе, — продолжал И.В. Сталин, — нельзя отменить, но его нельзя и признать. Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический факт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия — в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции. Пусть ее подпишет кто-то из главарей бывшего фашистского государства или целая группа нацистов, ответственных за все их злодеяния перед человечеством.
Закончив говорить, И.В. Сталин обратился к нам и справился, может ли товарищ Жуков подыскать подходящее помещение для торжественного подписания акта о безоговорочной капитуляции фашистской Германии в Берлине.
Алексей Иннокентьевич (А.И. Антонов, начальник Генштаба. —
Ред.
) заметил, что сам город очень разрушен, но ближайшие его пригороды достаточно хорошо сохранились и там без особого труда можно найти необходимое здание.
Затем стали обсуждать вопросы, относящиеся к переговорам с союзниками. По ходу разговора мы с Антоновым поняли, что И.В. Сталин и В.М. Молотов уже договорились с представителями союзников считать процедуру в Реймсе предварительной капитуляцией. Союзники согласились и с тем, что дело откладывать не следует, и назначили подписание акта о капитуляции по всей форме в Берлине на 8 мая.
Попутно было решено уполномочить Г К. Жукова, как заместителя Верховного Главнокомандующего, подписать от имени СССР протокол о безоговорочной капитуляции Германии и назначить его на последующее время главнокомандующим в советской зоне оккупации. Присутствовавшего тогда в Ставке А.Я. Вышинского назначили помощником Жукова по политической части и обязали его утром 8 мая со всеми необходимыми материалами по капитуляции вылететь в Берлин.
После этого Верховный Главнокомандующий потребовал соединить его по телефону с Берлином и сам сообщил Жукову, что Георгия Константиновича уполномочили принять капитуляцию фашистской Германии от имени СССР. Вслед за тем была составлена и тут же отправлена из аппаратной Ставки короткая записка в Берлин на ту же тему» (
Штеменко С.М
. Генеральный штаб в годы войны. М., 1981. С. 522–523).